Алазанская долина

1.

Как продолговатое марани,
Полное душистого вина,
Распростерлась в голубом тумане
Трижды вожделенная страна.

Звонко по камням журчит Иори,
Горной песенки неся росток,
Но звончей на виноградосборе
Запевает виноградный сок.

Он, как закипающая лава,
Выступив из недр невпроворот,
От сигнахских склонов до Телава
И на юг, до Пойли, потечет.

Он, смотри, уже на поединок
Вызывает скуку и тоску,
Он под смуглой кожей кахетинок
Разливается во всю щеку.

А вдали и при незорком взгляде
С голых скал ты видишь, как во сне,
Груды нежно-розового мцвади
В разноцветном шелковом руне.

Трижды вожделенная долина
И на солнцепеке и в тени
Пиршество готовит для лезгина:
Все твое — лишь руку протяни!

2.

Меркнет на горах узор фазаний,
Родники тревожнее бурлят,
И орел с долины Алазани
Кличет перепуганных орлят.

Взлет ли то бровей многострадальный,
Иль ворота в четырех стенах,
Увидав вдали огонь сигнальный,
Распахнул для беженцев Сигнах?

Вот они несутся пыльной тучей —
Скрип колес, мычанье, женский плач, —
А внизу бедою неминучей
Черный набухает Карагач.

«Пусть навек бесславной тенью сгину,
Чтоб и не найтись моим следам,
Если родину свою лезгину
Я на растерзание отдам!

Он известен мне не понаслышке,
Мы в бою сходились уж не раз,
Мы столетьями без передышки
Неделимый делим с ним Кавказ!»

И мечи, пробившись сквозь кольчуги,
Орошают кровью горный прах,
И бровей окаменевших дуги
Подымает в ужасе Сигнах.

3.

Посмотри с горы — тебе виднее:
Изобилье осенью суля,
Тянутся по склонам, зеленея,
Некогда кровавые поля.

Все молчит о прошлом, все здесь немо.
Разве только трактор ЧТЗ,
Напоровшись на обломок шлема,
Вдруг напомнит о былой грозе.

Нет нигде следа вражды старинной:
Серп, не меч в твоей, Сигнах, руке.
Лишь звучит набатом комариный
Тонкий писк, едва сойдешь к реке.

Он пока еще играет в прятки
С неизбежною своей судьбой,
Смертоносный призрак лихорадки,
Кизикийца спутник роковой.

Но, осилив беды не такие,
Алазанской вольницы земля,
Мирно спит пред боем Кизикия
У подножья горного кремля.

<1936>

Картвельские оды. Тбилиси: Издательство «Литература да хеловнеба», 1964

Ред.: Б. Лившиц, в письме от 21 мая 1936 года к А. К. Тарасенкову, в то время ответственному секретарю редколлегии журнала «Знамя», писал: «Первая вещь — триптих, посвящена теме национальной вражды на Кавказе. Алазанская долина, как известно, отличающаяся своим плодородием, центр виноградарства и скотоводства, искони была предметом вожделений соседских воинственных племен, а также форпостом Восточной Грузии в ее многовековой борьбе с персами, сельджуками и т. д. Первая часть триптиха — «голос» лезгин, вторая — «голос» кизикийца; третья — судьба упомянутой выше национальной проблемы в наши дни».
Ред.: Марани (груз.) — помещение для хранения вина. По-видимому, поэт имеет в виду «квеври» — длинный узкогорлый кувшин для хранения вина, зарываемый в землю, чаще всего в полу «марани».
Иори — река в Восточной Грузии, приток Алазани, от долины которой ее отделяет невысокий Гомборский хребет.
От сигнахских склонов — Сигнах (Сигнахи) — город и крепость на юге Кахетии.
Телав (Телави) — столица Кахетии и всего Восточно-Грузинского царства.
Пойли — селение на юге Кахетии, на самой границе с Азербайджаном.
Мцвади (груз.) — мясо, жаренное на вертеле, или шашлык.
Лезгины — один из южно-дагестанских народов, часто совершавших опустошительные набеги на Кахетию.
Карагач — река в окрестностях Сигнаха.
ЧТЗ — Челябинский тракторный завод.
Кизикия — историческая область в Восточной Грузии, самая южная часть Кахетии.

Добавлено: 22-01-2017

Оставить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*