Чем черт не шутит

Редактор газеты нервничал.

Хотелось бы, чтоб рождественский номер был заправский, с достаточным количеством замерзающих мальчиком; вагонных пассажиров, которые рассказывают случайному спутнику самую фантастическую историю о некогда пережитой рождественской ночи; веселых рассказцев о святочных проказах ряженых. А подходящего материала не было.

Хоть бы самый заурядный, да рождественский. Ничего что шаблонный, — так даже уютнее. А то пишут…

Заглавия-то все рождественские, а посмотришь в середину, — статья да еще ноющая. Встряски бы нервам по старинке, а не по нынешнему. И успокоения бы веселого, как раньше. А то все большевики, да большевики.

Вот, ваять, рассказ отличный. А поместить, удивляться будут. В эту самую ночь и вдруг перестрелка с красными, бронепоезд «Товарищ Ленин» орудует. А на самом-то деле перемирие. Не посмотрят на то, что заранее писано, без расчета. Бейся тут.

Закурил сигарету и задумался.

Тут то в вышел чертик. Из себя мохнатенький, но приличный с виду, и шапка с наушниками и голосок визглявенький, будто сейчас завертится в ногах и предложит:

«Сигареты на советские. Пятьсот».

Конвертик тощенький, бумага дрянь, и как на зло кругом исписанная, — двум наборщикам не дашь.

Стал пробегать глазами.

Опять что-то советское. Троцкий… чрезвычай… Бог с ним, может быть и подойдет.

Рукопись оказалась письмом в редакцию.

М. Г. г-н Редактор.

Не откажите поместить в очередном хотя бы и рождественском номере Вашей, чуть было не сказал, уважаемой, газете (надо признаться у нас в аду она наоборот уважением не пользуется) следующее сообщение.

В виду предстоящего в близком будущем переезда товарища Троцкого, урожденного Бронштейна, на постоянное жительство в Ад, по Большой Лизосковородочной улице в дом Пламенштейна, мы объявляем его особу под нашим особым покровительством и под охраной адской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией. Посему прошу навсегда прекратить всякие выпады против товарища Троцкого, под страхом…

Редактор не выдержал:

— «Да кто тебе мальчонка, такую околесину дал?»

Чертенок обиделся:

— «Я вам не мальчонка. Я черт. По пустякам не послали бы. Сам давал, отнеси-мол да живее…»

Редактору стало забавно. Бойкий мальчуган, так и сыплет…

— «А коли ты черт, так покажи хвостик».

К удивлению редактора мальчонка отогнул полы кургузного пальтишка и выставил тоненький, вертлявый хвостик. А ножки у мальчонки были обросшие, козлоногие Редактор протер глаза, пощупал хвостик… с ума схожу… настоящий!

Вызвал из наборной метранпажа.

Мальчонка даже обиделся, так его бесцеремонно трогали, поворачивали, заставляли постукивать по полу копытцами, и вертеть хвостиком.

Вот чертовщина!

— «Да ты ряженый что-ли? Рано что-то вырядился в сочельник. Слава Богу…»

Редактор не успел и фразы окончить, как мальчонка со свистом провалился сквозь пол. На его месте осталась только одна ушастая шапка.

И письмо осталось на столе: с адской печатью, как полагается, только бумага плохая, — видимо и там, бьются с бумагой. Тонкая и красноватая, для нашего номера не подошла бы…

— «Да что мы обалдели что-ли с вами? Ведь привидится этакое»? — вдруг опомнился редактор.

С изумлением разводил руками, щупал усталую от бессонных ночей голову, но понять, все-таки не понимал.

. . . дом Пламенштейна . . . Большая Лизосковородочная . . . а писано и впрямь будто кровью . . . не понимаю.

Приходила уже в голову мысль, как картинно можно рассказать о странном сне, когда проснешься. А просыпаться, он все же не просыпался.

Принесли корректуры сверстанных гранок, пришлось читать, механически делать скучные поправки, а бессознательная мысль, так и сверлила в утомленном ночной работой мозгу; а вдруг и правда? Хорошо бы.

«Чем черт не шутит»?

Яр. Оредовский.

Чем черт не шутит. Военно-осведомительная, литературная и политическая газета «Приневский край». № 50. Нарва: Типография газеты «Приневский край», стр. 4, среда 7 января 1920 г.

Добавлено: 16-04-2020

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*