Черноморский свиток

Евгений Левин

Ялта – 2018 г.

 

Прости меня, Миша

Болдино

Забив канабис в трубку туго,
Он думал: угощу-ка друга?
Но друг на выборы пошел…
И лучшей доли не нашел.
Скажи, приятель, ведь не даром
Ты там еб…ом крутил задаром?
Когда же ты, ядрена вошь,
Где настоящий кайф поймешь…

 

Молодым оленям (с пониманием…)

Свадебный вальс

Не сойти мне с вот этого места,
У тебя я похитил невесту.
И скажу я тебе, невзначай,
Что не пьем по утрам мы с ней чай.
Не сойти мне вот с этого места,
Что поем мы теперь «Тили-тесто».
И скажу я тебе, невзначай,
Что ты больше так не зевай.
Не сойти мне с вот этого места,
Не довел до венца ты невесту
И скажу я тебе, невзначай,
Милый друг, ты по ней… не скучай!

 

***

Когда меня опять в «Кресты» закроют
Под лязг замков и камерных ключей,
Я лиру  вновь тогда свою настрою,
Идя на суд по делу «скрипачей»…

 

Валмики

О, далекий Валмики, Рамаяны творец,
Даже Будда тебя понимает
Но в России, печатать поэтов нет средств,
Твои книжки,  увы, не читают…

 

***

под стиховодительством А. С. Пушкина.

Не Юз я и не Алешковский, не Блок не Фет и не эстет,
Не Надсон и не Мережковский, а… доморощенный поэт.
«Твоих оград узор чугунный» я из Бутырки наблюдал,
Когда конвой со шмоном шумным
Этап в «столыпин» собирал.
Когда бы светские забавы не затуманили мой взор,
Прочел бы в желтом я журнале:
                                   «Этот Навальный просто вор!»
Но судьбы все плетет Создатель
                                   и краток под луною век,
Не скажут обо мне – стяжатель,
                                   а скажут – честный человек.
«Татьяна, милая Татьяна! С тобой теперь я слезы лью,
Ты в руки модного тирана не отдавай  судьбу свою».
Ты помни – кончатся гоненья,
                                   хоть чашу выпью я до дна.
«И на обломках самовластья напишут наши имена»…

 

Джулии Робертс

Не встать, ребята, ни упасть –
Увидел бегемота пасть.
Она огромна как ворота,
От страха мне бежать охота

Когда ты улыбнулась мне
У «Голливудовском кине»
Домой пришел совсем не свой…
Тот бегемот был выходной.

 

***

«Ты печать красоты и венец совершенства…»
                                                            Иезекииль. гл. 28

                             На гибель Путаника

Вознесся ты как всадник медный
И к небу взор поднял победный,
Ты всех врагов своих сломил,
Дрожит перед тобой “игил”,
Но что с тобой и  почему
Ты стал тонуть – идешь ко дну?..

 

«Ты Данте страницы ада диктовала?»

Тебе

«Горек стих над Невой» и не весел он над Россией,
Успокой меня и упокой, сладкоголосая птица Сирин,
Я не выпил всю чашу до дна, но уже почти допиваю,
Мне с тобою дорога одна и тебя я одну воспеваю.

 

ПучЧини

Тоска тоской и нету лоску,
Твои наряды все – обноски,
Пойди, поправь свою прическу,
Дают в Большом сегодня «Тоску»

 

***

Под впечатлением от Семенович

О, донна Анна! Я опять
В тебе увидел просто б…дь,
Но больше не скажу ни слова –
Ведь ты священная корова…

 

Встреча

Когда я жил анахоретом,
Не мнил тогда себя поэтом,
А думал, что я гражданин,
Как мне сказал поэт один.
Уйдя с работы, незадолго до пяти
Я встретил Музу на своем пути,
И подмигнув своим лукавым глазом,
Сказала ласково, мою умерив прыть,
Что гражданином хватит быть,
А вот поэтом стать… обязан.

 

Привокзальный вальсок….

Галичу

Меня как Галича выслали давеча
И поехал я к «ним», взяв билет.
На вокзале два скромных товарища
Проскользнули тихонько в буфет.

И когда я, налив полстакана,
Не спеша, пропустил в третий раз,
Один из них мне сказал прямо:
– Вали поскорей, педераст…

 

***

Ах, ромашки, цветы полевые,
И глаза твои голубые,
По плечам разлились золотые
Твои волосы мне дорогие.

Ты лежишь среди трав – руки нежные,
И над нами небо безбрежное,
И над нами, курлыча вдали,
Улетают на юг журавли…

 

Кучину

Снова я пошел в “пике”, только с тетей Таней
Не сносить мне головы на следующем собрании
Думал я день,два кутнем,да и дело тихо
Но Танюша в кураже “залетела”лихо

СМСки шлет с вопросом “Чо парняга делать?
Надо как то “разгребать”, это бля не мелочь”.
Штурман справа мне кричит “Спереди атака?
Предстоит опять “по ходу” небольшая драка?

На войне как на войне, всякое бывает.
Я уже в “пике” с Ларисой, та не “залетает”.

 

Успенской

Люба! «Любаньку» пела ты нам
Тихим вечером у причала,
Не вернулась ты на Бродвей
В кабриолете как… обещала.

Не купила билета ты
На Манхэттен, и к нам не… вернулась
Не дарили тебе мы цветы,
Лишь в ответ ты всем нам… улыбнулась…

 

«По снегу летящему с неба…»

Розембауму

Под осень желтеют березы и лист под окном золотист,
Под осень вновь смутные грезы и рифма
                                               как чайка, над морем летит,
Под осень все судьбы поэтов к лицею внимают душой,
Где ты, задыхаясь от бега, в Зал Славы вбежал молодой.

Зимою снежинки слетают и ты уже был обречен,
И я, задыхаясь от бега, свое бы подставил плечо…

Хочешь,
Эту песню не слушай,
Хочешь,
Но мой стих уже мне не послушен,
И кровь пролилась сургучом.
К тебе, задыхаясь от бега, глаголом твоим опьянен.

И каналы тянут песню грустную свою,
И открылось небо как божественный родник,
И я, задыхаясь от бега, спешу – ведь я твой ученик…

Под осень…

 

***

«Я, гений Игорь – Северянин,
Своей победой упоен:
Я повсеградно оэкранен!
Я повсесердно утвержден!»
– Скорей ты прав и это скука, читать Пилевина – наука.
– А Веллера читать?
– Упреешь, когда над мозгом твоим, веришь,
Кто-то долдонит день и ночь, что надобно тебе помочь.
– Но, может, Витя?..
– Шендерович? Так он же, кажется, семит?
– Зато как гневно говорит, особо про заклятого, за Вову из девятого…
– Мдааа… Может, прав был Игорек: «не на том поле я игрок?»
– Пора нам оэкраниться, за Эрнстом дело станется.
– Ты чо? В дверях стоят злодеи, славянофобы – все е……..и,
Гордоны, Позднеры и с ними В. Соловьев в мундире синем…
 – И что же, братец, нам сдаваться?
 – Нет!!! Повсесердно утверждаться и укрепляться что есть сил!
(Пока Леонтьев голосил, со всей своею страстью, как хорошо под властью).
–  Есть интернет! Не знал ты это, просторы — шире кабинета!
Вперед мой друг, беги за мной! Там можно жизнью жить иной,
Возьмем свои портреты и новые штиблеты
Мораль сей басни такова и смысл ее простой:
Мы упиваемся порой, как Северянин – сам… собой.

 

“И красивы вы не кстати,и умны вы не впопад”

Ире

И красивы вы отчасти, а с умом “ваще” отпад
Прочитал с большим участием, “о поэтах” ваш доклад
Но мотив уже заигран и скажу я “игроку”
Ваша карта давно бита,читайте первую строку…

 

        Ахматовой

«И сфинксы над Невой», и памятник тебе,
На Петропавловку взирают безутешно,
И в Гумилева выстрел, и в ночи
Ты сыну передачи носишь спешно.

Шаги твои я слышу всякий раз,
Когда в цеху поэтов – самый малый,
Печальный взор твоих усталых глаз
И рифмы слышу голос величавый:

«Когда б вы знали из какого сора
Растут стихи не ведая стыда» –

Богинею, без всяких оговорок,
Среди поэтов  будешь ты всегда…

 

Орбакайте

Губы – бантиком
Бровки – домиком
Глазки – пуговки
Нос как у слоника

Груди – досками
Жопа – пончиком
И поешь ты нам…
На балкончике:

“Я научу тебя любить,
Ты будешь у меня смеяяяятся”….

 

***

«На Красной площади стоит
Там кое-кто в гробу лежит».

Губерману

За Красной площадью идет по красному ковру,
Спешит весь в красном человек к открытому окну
И строгим взором смотрит он на площадь пред собой,
А там парад идет давно под барабанный бой.

И видит он себя не здесь, стоящим над балконом,
А в Аустерлице, на коне –
                                             самим Наполеоном!!!

 

***

Наш президент сидел, сидел, когда срок кончился,
Вновь сел.
Навальный тоже так сумел,
Лишь только вышел – тут же сел…

 

***

«Имя твое неизвестно,
подвиг твой бессмертен»

Эта строчка, солдат, в нашей памяти вечно хранится,
Эта клятва, солдат, в душах наших  всегда на границе,
Эта слава, солдат, опаляет сердца как зарница,
Это песня тебе, и с тобою никто не сравнится.

Я не видел тебя, не ходил я в атаку с тобой,
Я не знал о тебе, мы не мерзли зимой под Москвой.
И Берлин я не брал, в сорок пятом счастливой весной
Не с тобою я был, когда ты не вернулся домой.

Мне досталось хорошее, чистое детство,
Мне достались друзья
                              и подруг звонкий смех и кокетство.
Мне досталось петь песни – от тебя это было наследство
И улыбка любимой, что напротив живет, по соседству.

Ты никем не забыт и ничто о тебе не забыто,
Твоей жизнью, солдат, эта слава тобою добыта.
Сколько б не было нас и с тех пор не прошло поколений
Мы сегодня, солдат, преклоним пред тобою колени.

 

Величанскому и Никитину

Бываю у Гримальди я летом и зимой
Он слушает Вивальди ну, в общем, парень свой.
Зачем ему печалиться об этом и о том –
Заботится не надо почти что ни о ком

Собачки на лежанках в том замке родовом
Виолончель не слушают, нет слуха в них ни в ком,
И стало нам так ясно, так ясно, так ясно,
Что жизнь прошла напрасно в жилище дорогом,
Что жизнь была б прекрасна,
                                               прекрасна, прекрасна,
Если бы наш папа женился на другом…

 

Силовикам-спортсменам…

Со всей своей силой я тебя полюбил,
Со всей своей силой я тебя позабыл,
Со всей своей силой я тебя разлюбил,
Но не хватит мне сил, чтоб тебя я когда-то забыл.
Со всей своей силы ты меня полюбила,
Со всей своей силы ты меня не простила,
Со всей своей силы ты кричала мне вслед,
Что сил не хватает читать этот яростный бред.
Годы шли и устали мы биться в пути,
Годы шли и с дороги своей мы не можем сойти,
Годы шли – от судьбы нам уже никуда не уйти,
И… прошли наши годы и некуда дальше идти…

 

Моим подругам с любовью

Утесову

Есть город в Крыму, красивей его нет,
Где волны шумят на просторе,
Где чайки кричат, предвещая рассвет,
У самого Черного моря…

Магнолии запах, глицинии цвет
И парусник ходит в дозоре,
 Любимый мой город, он солнцем согрет
У самого Черного моря….

Там небо в ночи о любви говорит,
И был я там счастлив, не скрою,
Когда ты сказала: «Я тоже люблю»…
У Черного моря… У Черного моря…

 

«Не пой красавица при мне
ты песен Грузии печальных…»

 Ашварии Рай

«О, Шивва! Все твои невесты
                                                красивей сказок из Авесты,
Пленяют грацией своей они как лилии полей.
Но где скажи и не скрывай, цветок желаний –
                                                                      сладкий май?»
«Ее здесь нет, но не страдай, всем сердцем ты ее желай,
Придет Ашвария – с ней Рай…»

 

«Я закачу тебе истерику!
Да эмигрируй ты в Америку!»

подражание Токареву

Читала «дефиктивы» я, летом и зимой
И стала «дификтивною со всею головой»,
Уж лучше б я в Америку уехала с тобой,
Но даже там истерики случались бы со мной…

 

«Вчерашний день часу в шестом…»

Н. А. Некрасову

Вчерашним вечером неспешно гулял я по Сенной,
Навстречу мне идет сенатор с девицей молодой.
Точно «Дед Мазай и зайка» под руку идут,
Разговоры про Амуры скромненько ведут.
Я спросил ее: подруга! этот дидуган
Разве может без напруга вытащить «наган»?
Мне в ответ она сказала, что старик «силен»,
Плетью бьет его по жопе, чтобы кончил он.
Да… Некрасов, времена… и страна иная.
Зоя, Зоинька моя! – «Дед Мазай и зая»…
Я узнал ее опять, хоть вся жизнь другая,
И сказал я музе: «Глянь – сестра твоя родная»

 

Чайка – не Мартын

Не хочу петь песни как Мартынов
На утесе в море средь бакланов
Я хочу в каком-нибудь «Давосе»
Возлежать с к красоткой на диванах…

 

«В воскресный день с сестрой моей
мы вышли со двора».

С. Михалкову

Сегодня после девяти мы вышли со двора.
«Я отведу тебя в дурдом» – сказала мне сестра, –
Симптом опасный у тебя, ты болен головой,
И в депутаты захотел с Поклонскою дурной».
Я так и знал! Скорей бежать! В больницу? Не хочу!
Хочу законы издавать – родному Москвичу.
Хочу, чтоб помнили меня с Собяниным моим
И этот статус для меня особенно любим.
Куда?! Зачем?! Я не пойду! Я в дурку не хочу!!!
Мне санитар: «Пройдемте в дверь
                                                на медосмотр к врачу».
И я пустился наутек, как северный олень,
Спасая у себя в штанах мандатский бюллетень…

И если обратится кто с вопросом глуповатым:
«Там что, дебилы все сидят и лбы – ума палаты?»
Ответишь им и не соврешь, ты с видом простоватым:
«Здесь только лучшие из всех – простые депутаты»…

 

«Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины?»

К. Симонову

Я б вспомнил дороги, но… их просто нет.
Их нету в Смоленске и нету их  в Брянске,
Их нет ни в Тамбове, ни Тьмутараканске,
Их нету нигде, в Сталинграде их нет
И даже в Крыму, в милой Ялте их нет.
Скажу тебе, Костя, и это ответ:             
В России – ракеты!!!
А… дорог-таки нет…

 

МОЯ ЗВЕЗДА

И. Ф. Анненскому

Как черноморскою волной
Гранит пурпурный омывает,
Когда над берегом прибой
Шумит игривый и взывает
К мечтаньям…

Сладостный Эол
Ликуя, рифмами играет,
И поэтический глагол
На крыльях ночи прилетает,
Огнем пылают краски слов,
Вихрь образов с небес слетает…
Но вот слова пришли и стали золотыми…

И сердцу радостному
Ангел возвестил:
– Прими стихи, поэт, и сделай их своими!
«Среди миров в сиянии светил,
Одной звезды я повторяю имя…»

 

ТЫ МЕНЯ НА РАССВЕТЕ РАЗБУДИШЬ…

А. Вознесенскому

На рассвете меня не буди,
На рассвете еще соловьи,
На рассвете всегда сладкий сон,
И плывут мне стихи как ладьи.
На рассвете я встретил тебя,
Поцелуем коснулся любя,
На рассвете померкла звезда,
На рассвете прольется слеза.
На рассвете закрой мне глаза,
На рассвете на травах роса
На рассвете оплачешь меня,
На рассвете простишься любя…

 

 «Сказала мать: Бывает все сынок,
Быть может ты устанешь от дорог».

Аве Мария

Слова любви и все стихи, и песен всех не счесть
И мне, как сыну Твоему, позволь свои прочесть.

Когда в ночи волхвы пришли, к яслям Ты подошла
И наклонившись надо мной, шептала чуть дыша:

«Сынок, будь счастлив, дорогой, живи не зная бед».
Но стая Иродовых псов уже искала след…

«Сынок, какой красивый ты, как Ангел средь людей».
Но ад уже разинул пасть, принять меня скорей.

«Сынок, я знаю, ты пришел спасти своих людей».
Молитвой были те слова от Матери моей.

«Когда приду домой в конце пути…»
Скажу я Маме тихое «прости».

 

Дунаевскому

Легко на сердце, легко и в желудке,
Легко от песни Орловой к малютке,
Легко нам вместе и мы споем хором
А ты как Леня, побудь дирижером.

Легко живется под небом России,
Легко всходить нам на горы большие,
И так легко нам дались океаны
Потому что мы все……. капитаны:

«Кто весел, тот смеется,
Кто хочет, тот добьется,
Кто ищет – тот всегда найдет…»

 

«Под лаской плюшевого пледа»

Цветаевой

Под сенью ласкового пледа глаза сверкнули озорно.
Он мне сказал: я – непоседа, не приезжала ты давно.

И мы смеялись, много пили и снег струился с вышины,
И вихрем вальс в огромной зале, и в январе твои цветы.
Ах, милый вальс, волшебный вальс
                                                 и не забыть его вовек…
Вот так мой друг, любимый друг
                                            нас осенил двадцатый век.
Под сенью ласкового пледа….

 

Пиаф

Ах! Была я певицей известной
И Монмартр покорила я вмиг,
И была я кокотка прелестною,
И успех я имела у них.
И как будто бы вальсом французским
Покорила я много сердец,
И не знала тогда я, веселая,
Что и песням приходит конец.
О, Париж, о, Париж, Азнавур мне поет Mon Ami
О, Париж, о, Париж, я с Серданом поеду в Орли
О, Париж, о, Париж, но над Сеною льются дожди
О, Париж, о, Париж, и куда же летят журавли…

 

***

Птица выпь, ты заплачь надо мной,
Когда я со хмельной головой
Упаду в лебеду – травы пьяные,
Сны навей мне о той, что желанная.

Птица выпь, ты заплачь обо мне,
Не нашел я услады даже в вине,
Нет покоя, пока я ее не найду,
Птица выпь не накликай мне только беду.

И листва от черемухи пряная,
И слова твои мне вновь обманные,
И волос твои пряди багряные…
Птица выпь – спой мне песнь долгожданную.

 

Есенину, Пушкину, Ахматовой, Блоку с любовью

«Давно, усталый раб, замыслил я побег…»

Письмо

Мой милый Джим, когда она придет
И, шелком «блоковским» свой облик прикрывая,
Так ласково, тихонько подзовет тебя, мой верный пес,
И шерсть твою лаская,
Письмо Татьяны медленно прочтет
Как будто что то с грустью вспоминая.
Тогда, мой друг, ты вспомни обо мне
И за меня лизни ей нежно руку.
Она поймет, она придет ко мне
Мой милый Джим, даю тебе поруку…

 

Вертинскому

В солнечном далеком Сингапуре
Южных птиц ночные голоса.
Все у них сейчас опять в ажуре,
А у меня другая полоса.
Я лежу в Шанхае на циновке
И вокруг китайская шпана,
Гейши ходят в этой обстановке –
В этом вся их жизнь заключена.
Эх, поехать бы сейчас в Россию,
Где в Гостинном запах пирогов,
Где красотки, нету их красивей,
По салонам ищут игроков.
В солнечном далеком Сингапуре,
Где колючий кактус под окном,
Я к тебе поплыл бы по Амуру
Я к тебе пришел бы и пешком. 

 

Считалочка

Море волнуется раз, море волнуется два
Море волнуется три,скорее ко мне выходи
Скорее на встречу беги,успеешь еще до зари
Я буду внизу у реки,где нас уже ждут соловьи

Море волнуется раз,и сердце волнуется два
И я не приму твой отказ,ведь ты мне ответила “Да”
И море волнуется три, спеши же скорее спеши
И будет опять все для нас,и снова объятья твои.

И вот же слышно шаги ,спустилась в ночи тишина
И ты меня ждешь у реки,где плещет о берег волна….

 

«Засыпает тихий Зурбаган…»

Грину

Я помню все: людей с порочной страстью
Все разрушать, войны гражданской
Подняв ураган.
Не в силах видеть их, от этого несчастья
Уехал я в далекий Зурбаган.

Далекий край! Тавриды вдохновенной
И леса шум, и птичьи голоса,
И чайки над кормой.
И алые на море
Ты в первый раз увидел паруса.

Портовый город, нет его милее,
В своих мечтах его мы все нашли.
В вечерний час и с флагами на рее
В любимый Лисс заходят корабли…

 

***

Ты натянула все, везде
и даже, кажется, в пи…е,
Ты «натянула» всех девиц
и доморощенных певиц.

Мужей своих ты «натянула»
С оскалом хищным, как акула
Даже когда бабулей стала,
«натягивать» не перестала.

Сейчас тебя… нигде не ждут
«Ребята! Как ее зовут???»
«Ах! Арлекино, арлекино
Нужно быть смешным для всех…»

Га-га-га, га-го-го
Га-га га-го-го-го…….

 

«А в Питере сегодня полный ажиотаж»

Розенбауму

В Одессе на «Привозе» сплошной ажиотаж,
Никто меня почти не понимает,
Но тут увидел я неподалеку экипаж,
Которых я по жизни избегаю.

Там девушка сидела, лет двадцать с небольшим,
В берете от «Кардена» и с болонкой.
И было видно, что она совсем не спешит,
И  двинул я к ней поступью пижонской

«Я вижу вас на яхте возле берега, мэм,
Сидели вы как леди из Парижа,
И спутать я не мог вас, ну просто ни с кем,
Хотя признаюсь, что впервые вижу».

И в это время она плавна сошла,
И позвала какого то… балбеса,
Взглянула на «Привоз» ее морская душа
И вздрогнули со страха стюардессы…

 

Критикам

Когда обо мне вы писали
Свой “Паркер” мокая в говно
Что доставил вам много печали
И совсем не сейчас, а давно

И когда специфический запах,
Всех  глаза подлецов разъедал
Тогда песням моим в полных залах
Стоя, слушатель рукоплескал.

 

«Потянуло, потянуло холодком осенних писем…»

Кукину

Затянуло, затянуло  о тебе воспоминанья
Тем туманом, за которым я когда то уезжал,
Ты мне солнышком блеснула среди сумрака лесного,
Ты мне лучик был надежды, я всегда за ним бежал.

Думал я – вернется снова
                                        облик твой, такой желанный…
В пустоте моих скитаний луч надежды уплывал.
Знал всегда, что не найду я на тебя чуть-чуть похожих
В тишине ночных мечтаний и восторженных похвал…

 

***

Не «поэткой» была я способной,
Не была шансоньетке подобной,
А случилось мне стать «танкисткой».
Вот где я… превратилась в артистку…

 

«Откупори шамнанского бутылку и перечти
«Женитьбу Фигаро»…

Миронову

Андрей! Ты лучший Бендер был среди людей,
Ты лучший Фигаро был из актеров
И не нуждался в шепоте суфлеров.

Андрей! Ты выше всех похвал! Ты лилия полей!
Но стоп, уж занавес поднят, и Моцарт зазвучал,
И гаснет рампы свет, и в зале тишина…
И зритель ждет…
                          Спеши к нему скорей!

 

Воровская

Не за грош, не за грош мне пропасть,
Не за золото этого мира.
Свое счастье пришлось мне украсть
Как когда-то я «брал» ювелира.
Ты была мне на сердце напасть,
Голос твой как волшебная лира,
Стать твоя как пиковая масть
И глаза твои цвета сапфира…

 

***

Зашелестит листвой печальный тополь,
Зальет луна на море бледный след,
Ничто уже вперед нас не торопит
И прошлое сжимает свой браслет.
Вернулся б я в свои тогда под тридцать,
Не прочь и в сорок, можно с «небольшим»
И пропустить по полной нить событий,
Тех, что мы в памяти своей храним.
Я пропустил бы все уроки в школе,
Я пропустил бы комсомольский съезд,
Я пропустил бы все голы в футболе,
Не упустить бы первый твой приезд.
Не упустить бы первые свидания,
Не пропустить бы первый поцелуй,
Не позабыть объятий замирания
Дождя весеннего под небом теплых струй…

 

«Все мы бражники здесь, блудницы…»

Ахматовой

Не все мы бражники здесь и блудницы,
и слава Богу, что не все. От звезд вечерних
И до зарницы – одни мы ходим «навеселе».
Мы не ходим работать на фабрику,
нас не греет плакат на стене,
Мы бумажные строим кораблики
и довольны судьбою вполне.
Мы поем не о том, что видим,
а о том, как должно было быть.
И конечно, мы вместе все выпьем,
эту «чашу» нам нужно обмыть.
Путь наш щедро вином политый,
как наполнен этот бокал,
Кое-кто из нас стал знаменитым,
ну… а кто-то об этом мечтал.

Не монтажники мы и не плотники,
и не тоскует по нам штурвал
Мы поэты, в цеху соработники,
эту долю Создатель нам дал.

Не всем в бражники и не всем в блудницы,
это тяжкое ремесло,
От вечерней звезды до зарницы,
только тем… кому повезло.

 

***

Гой ты, Русь! Что от самой Москвы,
                                        до окраин земли раскатилась.
До последней до самой черты,
                                   ты опять на погибель скатилась.
Мне мордовские скулы твои,
                                          лагерями опять заострились
Мне глаза твои нефтью черны
                                    и ухмылка от власти скосилась
Гой ты Скифская! Половецкая!
                                       Твоих песен уже не слыхать,
Твои зори все газом из скважин,
                                            сейчас стали тебя озарять.
Твоих юношей молодецких за границею легче найти,
Твоих девиц – Замоскворецких,
                                         за бензин можно приобрести.
Я когда-то с твоих ладоней
                                         получил этот дивный глагол,
Как когда-то, тобою рожденный,
                                первый стих тебе робко прочел.
И теперь я, с тобой обрученный,
                                       лучше так никого не нашел,
Вижу как над твоею главою исчезает вдали ореол.
«Гой ты, Русь! Без конца и без края!»
                               Мне осталось быть верным судьбе
Ты жена мне и мать мне родная,
                                                  эта песня любви о тебе.

 

***

Битов, ты Судьбою битый,
Кубок не допитый, по словам разлитый,
И в венке обвитом ты стоишь отлитый,
Как дождем пролитым дни твои изжиты.
Талисман зашитый, нами не забытый…

 

Ночная – Сингапурская…

Маяковскому

Мне бы пить и пить, сквозь время мчась,
Мне бы жить и жить, не уставая,
Мне бы петь и петь, с тобой кружась,
Мою юность нежно обнимая
Мне уже по ночам не спится,

Ведь не долог поэтов век.
Мне к утру бы опять не напиться
Средь коллег и библиотек.
Мне бы вволю стихом насладиться,
Слов шальных как татарский набег,
Мне бы в косы твои не влюбиться,
Чтоб не стал их рабом я навек.

Мне бы жить и петь, судьбу моля,
И других желаний больше нету –
Жить хочу закончить и в поля
Побежать к зовущему сонету…

 

***

Снова я пошел в “пике”, только с тетей Таней
Не сносить мне головы на следущем собрании
Думал я день, два кутнем, да и дело тихо
Но Танюша в кураже “залетела” лихо

СМСки шлет с вопросом “Чо парняга делать,
Надо как то разгребать, это вам не мелочь?”
Штурман справа мне кричит “С переди атака?
Предстоит опять “по ходу” небольшая драка?

На войне как на войне, всякое бывает.
Я уже в “пике” с Ларисой, та не”залетает”.

 

Я закачу тебе истерику!
Да эмигрируй ты в Америку!”

Токареву

Читала “дефиктивы” я, летом и зимой
И стала дификтивной “со всею головой”
Уж лучше б я в Америку уехала с тобой
Но даже там истерики случались бы со мной…

 

Воровская чечеточная…

Вы открыли мне дверь и… нате,
Я чечеткой к вам в гости зашел.
Были вы в бигудях и халате,
А я так… посмотреть пришел.
Вы открыли мне дверь и с порога:
«Я вам новость с Одессы привез!»
Вы стояли как та недотрога,
Я же пачку достал папирос.
Вы открыли мне дверь и застыли,
Словно что-то хотели спросить.
Я сказал вам: «Вот мы и приплыли,
Уже поздно кого-то винить».
И когда, размечтавшись вволю,
Я неспешно к двери подошел,
Вы открыли мне дверь, тетя Оля,
И с порога наставили ствол…

 «Опаньки! Дорогой разбойничек,
Будь любезен, сымай «котлы»,
А иначе ты… покойничек
Или щас тя повяжут… менты!».
Да, промашка случилась с фантазией,
Видно что-то пошло не так,
Надо было бы брать с оказией
В супермаркете «Деширак».

 

Арсению Тарковскому

Сонет

Скажи мой друг, зачем, стрелой пронзенный,
К его ногам упал я жертвою любви?
Он лучник меткий и весьма проворный,
Не повторяет выстрела в пути.

Скажи, к чему такая легкая победа,
Когда младая поросль кругом,
Ведь песня юности моей уже вся спета
И рифм родник уже не бьет ключом…
Скажи, мой друг, когда тебя я ждал
В подъезде и шептал слова любви,
И тихо повторял, слагая их в тиши,
И мне тогда никто не помогал,
Я находил их в глубине своей души.

Скажи, мой друг, зачем слеза опять
Уже на бороду седую пролилась?
И твое имя тихо мне надо повторять,
Чтоб улеглась на время эта страсть.

 Не радуйся победе, Аполлон!
Посланник твой не повторил удара,
Я ею раньше был обворожен,
Она – моя волшебная гитара.

 Скажи, мой друг, зачем мне эта грусть?
Ночей бессонных рифм сплетать узоры.
Я без тебя уже не обойдусь,
Была ты первой в ящике Пандоры…
Скажи, мой друг, зачем?

 

***

Проглядел я тебя проглядел
когда рифмы рождался стих
Когда голос мой не звенел
На просторах дорог чужих

Когда ветер принес на Юг
Первый раз о тебе рассказ
И еще не замкнулся круг
В венок сонетов мох топаз.

Не успел я тогда не успел
За тобою в мечтах спешить
Думал, это не мой удел
Надо проще наверное жить

Эх! Вернуть бы мне те года
Когда жизнь еще вся впереди
Когда с неба ночная звезда
Осеняет поэта в пути.

Проглядел я тебя проглядел
Разминал свой глагол на другом
А тебя рыжий мальчик пострел
С хризантемами ждал под окном…

 

Пушкину

Ты лиру уронил тогда на Черной речке,
И выстрела раскат над лесом пролетел,
И зашипел свинец, в снегу как пламень в печке,
И лопнула струна, и дух твой отлетел.
Ты не успел вернуть ее тому, кто с неба
Нас осеняет всех – и мертвых, и живых.
Ведь смерть твоя была так явственно нелепа
Как разорвалась нить на четках дорогих.
И вот уже сейчас, как ты порой осенней,
Усталый путник, брел я с грустью на душе.
Нашел находку ту, что нету драгоценней,
Как будто бы во сне, как будто в мираже.
И вот она в руке, волшебный звук забвенья,
Пьянит чарующей мелодией меня.
И мне так долго, ожидавшем вдохновения
Вдруг покорились сразу небо и земля.
И серафим спустился шестикрылый,
Его наказ услышал над главой своей.
Коснулся губ моих и вмиг они ожили:
«Глаголом жги сердца людей…»

 

Цветаевой

 Звон, стон, огонь, свеча, вода, вражда, волна
В окне горит в ночи звезда, одна, она одна
На сердце близкая беда, нет, да, нет, да, всегда
Свет, день, бумага, шепот, голоса, пора, скорей, пора
Стол, стул, стилет, крюк в низком потолке
Стук, звук, слог, мысль и мне не по себе
Стоп, стой, назад ну как же мне без всех
Смех, грех и прах земных скупых утех
Тик-так, опять не так, в углу сверчок затих
Стих, стих. Кому? Ему? Для всех? Для всех, для них
Вальс снова вальс и для тебя и для своих и даже для чужих
Отсвет огней и на краях погонов золотых
Глаза, глаза опять в углу, что это? Образа…
В висках штыки слова твои, что ты тогда сказал
Сон, спать, ну где же мой покой? Кругом людей вражда
Сергей, Сережа, ты живой? Зачем же я жива?
Опять вокруг темно, вода, слеза, роса, гроза
Стул, стол, на цыпочки и все… Слова, слова, слова…

 

Блоку

Ночь, улица, фонарь в аптеке,
На небе тусклая луна
Гремит хип-хоп на дискотеке,
Где зажигает детвора
Пивных бутылок звон в подъезде,
Дым сигаретный из окна
Духов дешевый запах бледный,
И пляски-танцы до утра.
День, два, неделя, следом месяц.
Проходит год, и нет конца
Куплетов скудных громких песен
От новомодного певца.
Лихач Чеченский вихрем мчится
 На «Гелендвагене» отца.

И девки с хохотом и визгом
В ночи встречают молодца.
Веселый гвалт под небом слышен.
Пьет, веселится наш народ
Да.., здесь я буду не услышан,
Пока лежит нефтепровод
Пока «Газпром» пропаном дышит,
Пока в миру банкир возвышен
Пока деньгами все здесь дышит
И развращает этот сброд…
Ладонью трону твой гранит холодный,
Невы суровый вздох
Над Питером повис, и вспомню я
Тогда, замерзший и голодный,
Кронштадт на рейде и чугун мостов,
И тех двенадцать, что в строю походном
Спешат на «Финский» к перекличке поездов.
И вспомню я ее, в тот час назначенный
И  встречу ту, что снова пропустил,
И облик твой, «шелками схваченной»,
И молодость свою, что прокутил.
Ночь, улица, фонарь в аптеке,
Не повторится никогда.
Стихи твои с серебряного века
Не принесет текущая Нева…

 

***

Не списался я, а… обоссался
Посреди Елисейских полей,
Когда Лувр впереди показался,
Весь в лучах дивной славы своей.
Как когда-то меня в «Внешкомбанке»
Подмотали в ночи опера,
В первый раз я тогда не сдержался,
Помню все, словно было вчера.

 

***

Вы не учите меня жить
Купите лобстеров к мадере
И прихватите мон-ами
Я буду ждать вас в “Бельведере”…

 

Наядам

 Я им казав, шо я не хОчу,
Воны мене в ответ хохочут
Казав я им: «Мени ниииизя….,
Воны мене в ответ мне: «Зя!Зя!Зя!»
Казав я им: «Не хОчу я!!!»
Убогий вид изобразя.
Воны в ответ опять шепочут:
«Це все тоби, твоя стезя…»

 

«Скажи мне, Украйна, не в этой ли ржи
Тараса Шевченко папаха лежит?»

Н. Смелякову

Скажи мне, коллега, как это сучилось,
Что Леси Украинки стих голубиный
Рыданьем зашелся над Украиной?
Скажи мне, товарищ, зачем этот плач?
И песню трубит одинокий трубач?
Взывая на битву в Донецкой степи,
И вышли на встречу друг другу полки?
Скажи мне? зачем полилась снова кровь
И щедро земля орошается вновь
Дождями скорбей и потоками слез?
И небо скорбит от притихнувших звезд?
И смех жениха и невесты исчез?
На сердце больном вновь кровавый порез,
И песня голубки сменилась на плач,
И нет вышиванок, лишь веет кумач…
Тарасе! Пойди и найди, папаху, ту, что
Потерял на пути. И саблю возьми
И «Кобзар» не забудь,
Тебе предстоит очень горестный путь.
Ридна ненька твоя ждет давно тебя очень,
И голубка над нею рыдает все ночи.

 

***

Под стихи мои песни не слышатся,
Под стихи мои гимн не «сошьешь»,
Но читаешь их и….. легче дышится,
И по жизни ты легче идешь…

 

В альбом

Хороши вы очень, кстати,
Глаза сулят больших наград,
Танки ваши все на «пати»
И бьют врага не наугад.
Не одолеть вас с этой ратью,
Увидев томный нежный взгляд.
Прекрасна роспись на фасаде
И сзади тоже все в отпад…

 

О. Хайяму

Рубаи, не мои рубаи, не тобою я был очарован.
А красавицей той, что с Руси,
                                           и с которой рассвет нарисован,
Когда песни звучали мои, когда путь уже был уготован.
Ты меня на Востоке не жди
                               здесь в снегах мой глагол отшлифован
Рубаи, не мои рубаи, потому что я с северной дали.
Ты не пой мне рулады свои, что поэтов к себе зазывали,
Не зови меня в сонной тиши, я другою уже завоеван,
Той, что краше уже не найти,
                                           той, что до смерти я оцелован…

 

***

Тяжко дался мне этот “брилик”
Не гонял я по лужам велик
Не включал с Соловьевым “телек”
Не смотрел я с порнухою видик….

 

Встреча

В ночном дыхании приусадебных аллей
Над барским домом, что весь зАлит был луною
Где соловей ночной заводит свои трели
Где шелест листьев липы вековой

Когда дневные птицы все отпели
Нечаянно случился этот разговор, между прохожим
И дворянской дочкой, сидевшей пред окном с письмом,
На время чтение его отложим, она услышав тихие шаги,
Спросила безучастно о пустом:

– “Ты дедушка чего не спишь, а парком ходишь?
А… Вспомнила тебя ты, ты кажется у нас из лесников
Или садовник будешь кажется у нас?” –
– “Да барыня, он самый я, Евген, а по отцу Петров. От старости
Как звать себя совсем уже забудешь” –

– “А что, уж мне шестнадцать и помню я тебя
Почти с мальства, как только в сад я  начала ходить
И помню ,что носил через ручей меня и няню вместе,
Все мы так удивлялись твоей силе” –

– “Ну, всяко было. И многого не вспомнить. Ты…. кажется Татьяна?
Из младших будешь? Тооочно. Это ты…, когда бывало ночью
Не заснуть, обход усадьбы делаю с Иваном
Сидите часто вы у старого каштана.”

И все какие-то читаете вы книжки, а сестры барыни
Уже давно все спят и дворовые наши ребятишки.
А что сегодня? Месяц уж взошел…”

– “Не спится что-то… Мне надо написать письмо,
Не знаю как начать ,ну… и заминка вышла.
Вот слышу в парке ходит кто-то, я в окно,
А , это ты Петрович и…. всего-то”…….

– “Ну… барыня не наше это дело, хотя… я дам тебе один совет
Что бы письмо случилось, напиши умело и не ходи все около
Да-да,аль нет так нет. И если кто-то любит, он поймет с полслова
Напиши и точка, положи в конверт… Да…. И еще…..

– “Ты доченька по Русски не сильна, вот и не вяжется
Сложить тебе послание, пиши все по хранзузски, по ихнему пиши
Так и….наладится у вас свидание.” –

– “Постой дурак! Молчи!
Да как ты смел, я и себе того не говорила
Ты…. прочь ступай. И больше не  ходи.”
И пальцем строго старику грозила.

– “Не гневайтесь вы Таня на меня,
Ваше письмо достойно всех похвал
Я наизусть его запомнил с детства
Когда впервые с трепетом читал” -.

 

Сон

Люблю тебя мой друг, тепло ладоней нежных
Молчанье в тишине и ход луны не спешный
Свой свет в ночи прольет чрез тусклое стекло
Узор на лица нам, и в сон твой безмятежный…

Голубка спи, забот прошедших рой
Пусть не войдут в твой день грядущий
 Охватит сладостная лень всех в час ночной
И время пусть уснет, судьбы посланник ждущий.

Подруга юности, как тихая волна, плывет твой сон,
Качает грезы и челнок на взморье
И нежно шепчет тонкая струна,
Эола арфы над водой в просторе…

И звезды над тобой, и небо над землей
Все мирно спит. И ландыш до зари укрылся под росой
Его найдешь ты утром над рекой, и он к тебе спешит
Все повторится вскоре, как тогда весной.

Все повторится, но уже без нас
И нежный поцелуй и звон капели
И голос жениха, и легкий наш баркас,
И чайки над волной как годы пролетели…

Спи милый друг, пусть безмятежный сон
Окутает тебя счастливой дымкой,
И юный Купидон, забыв в кого влюблен,
Играет в снах твоих с наядами в обнимку.

Когда уснем мы. И тепло любви сопроводит нас
К вечному пределу, скажу тебе:” Любимая не спи!
Проснись мой друг! подали Каравеллу!
Расправив паруса, мы уплывем туда

Где небо навсегда, где не падет слеза
И где не будем мы считать года…
Где Райских птиц небесных голоса
Оставь здесь все. Все сны свои земные”.

Голубка спи… Пока мы молодые….

 

Арсению Тарковскому

Сонет

Скажи мой друг, зачем стрелой пронзенный
К его ногам упал я жертвою любви
Он лучник меткий и весьма проворный
Не повторяет выстрела в пути.

Скажи, к чему такая легкая победа
Когда младая поросль кругом
Ведь песня юности моей уже вся спета
И рифм родник уже не бьет ключом…

Скажи мой друг, когда тебя я ждал
В подъезде и шептал слова любви
И тихо повторял, слагая их в тиши
И мне тогда никто не помогал
Я находил их в глубине своей души.

Скажи мой друг, зачем слеза опять
Уже на бороду седую пролилась
И твое имя тихо, мне надо повторять,
Чтоб улеглась на время эта страсть

Не радуйся победе Апполон!
Посланник твой не повторил удара
Я ею раньше был обворожен
Она моя волшебная гитара.

Скажи мой друг, зачем мне эта грусть
Ночей бессонных рифм сплетать узоры
Я без тебя уже не обойдусь
Ты была первой в ящике Пандоры

Скажи мой друг, зачем?…..

 

Псалом

Когда в тиши вечерней, лишь солнца первый угасает луч
Тогда ко мне размерный, летит глагол звенящий и певуч
Тогда с небес как листья, мне ангел сыплет строки и слова
Тогда как музыка флейтиста, вдруг оживет от них моя душа

И рифмы сладкий яд, и Муза над главой, мой правит стих
 И ангелы летят, игриво в облаках на крыльях голубых
И свиток развернув, волшебный слог опять прольется с неба
И молча, не вспугнув, я взором провожаю скачущего Феба…

Волшебная страна! Под сенью звезд, твои поля раскинулись до края
Где ветер мне принес пьянящий запах от цветов из Рая
Где все вокруг живет одним дыханием любви и неги
Где правит Тот,что всех нас ждет, который больше Альфы и Омеги

Ты лилия долин, нарцисс Саронский ты воплощенье грез
Ты судеб господин, и словом сотворил миры, поэту голос звонкий
И песни для Себя ты нами сочинил
И хор волшебных звезд и образ Твой иконный, мне душу оживит
В последний день всего, и ангелы тогда раскроют свиток тонкий
И мне вернут тебя,Он всех в себе хранит…

 

7*7.77

Ж. Осину.

Семь еще не восемь но уже не спросим
Ни о чем друг друга мы возле тихих сосен,
И пока поешь ты нам про шальную осень
Подпоем твоей гитаре милый Женя Осин
Семь еще не восемь…
Что ж так мир серьезен…

 

***

Не “поэткой” была я способной
Не была шансоньетке подобной
А случилось мне статься “танкисткой”
Вот где я….. превратилась в артистку…..

 

***

Немецкие сосиски
Берлинские колбаски
Венгерские шпикачи
А у Советов сказки)))

 

Есенину, Пушкину, Ахматовой, Блоку с любовью.

“Давно усталый раб замыслил я побег”

Письмо

Мой милый “Джим”,когда она придет
И шелком “Блоковским” свой облик прикрывая
И ласково тихонько подзовет тебя, мой верный пес
И шерсть твою лаская, письмо Татьяны медленно прочтет
Как будто что то с грустью, вспоминая

Тогда, мой друг, ты вспомни обо мне
И за меня лизни ей нежно руку
Она поймет, она придет ко мне
Мой милый Джим, даю тебе поруку…

 

“А в Питере сегодня полный ажиотаж”

Розембауму

В Одессе на “Привозе” полный ажиотаж
Никто меня почти не понимает
Но тут увидел я не вдалеке экипаж
Которых я обычно избегаю

Там девушка сидела двадцати с не большим
В берете от “Кардена” и с болонкой
И было видно, что она совсем не спешит
И  двинул я к ней поступью пижонской

“Я вижу вас на яхте возле берега мем
Сидели вы как леди из Парижа
И спутать я не мог вас, ну просто ни с кем
Хотя признаюсь что впервые вижу.”

И в это время она плавна сошла
И позвала какого то….. балбеса
Взглянула на “Привоз” ее морская душа
И вздрогнули со страха стюардессы….

 

***

Ах ромашки цветы полевые
И глаза твои голубые
По плечам разлились золотые
Твои волосы мне дорогие

Ты лежишь среди трав – руки нежные
И над нами небо безбрежное
И над нами курлыча вдали
Улетают на юг журавли…

 

***

Ты натянула все, везде
и даже кажется в пи…….

Ты “натянула” всех девиц и
 доморощенных певиц.

Мужей своих ты “натянула”
С оскалом хищным, как акула

Даже когда бабулей стала
“натягивать” не перестала.

Сейчас тебя….. нигде не ждут
“Ребята! Как ее зовут???”

“Ах!…… Арлекино, арлекино
Нужно быть смешным для всех…..

Га-га-га, га-го-го
Га-га га-го-го-го.

 

***

Птица выпь, ты заплачь надо мной
Когда я со хмельной головой
Упаду в лебеду – травы пьяные
Сны навей мне о той что желанная

Птица выпь, ты заплачь обо мне
Не нашел я услады даже в вине
Нет покоя, пока я ее не найду
Птица выпь не накликай мне только беду.

И листва от черемухи пряная,
И слова твои мне вновь обманные
И волос твои пряди багряные
Птица выпь – спой мне песнь долгожданную.

 

“Засыпает тихий Зурбаган”

Грину.

Я помню все, людей с порочной страстью
Все разрушать, войны гражданской
Подняв ураган.
Не в силах видеть их, от этого несчастья
Уехал ты в далекий Зурбаган.

Далекий край! Тавриды вдохновенной
И леса шум, и птичьи голоса
И чайки над кормой и алые на море
Ты в первый раз увидел паруса.

Портовый город, нет его милее
В наших мечтах его мы все нашли
В вечерний час и с флагами на рее
В любимый Лисс заходят корабли….

 

Дунаевскому.

Легко на сердце, легко и в желудке
Легко от песни Орловой к малютке
Легко нам вместе и мы споем хором
А ты как Леня, побудь дирижером.

Легко живется – под небом России
И покорять эти горы большие,
И легко нам дались океаны
Потому-что мы все……. капитаны:

“Кто весел тот смеется, кто хочет.
Тот добьется,
Кто ищет-тот всегда найдет…”

 

Вертинскому.

В солнечном далеком Сингапуре
Южных птиц ночные голоса
В се у них сейчас опять в ажуре
А у меня другая полоса
Я лежу в Шанхае на циновке
И вокруг китайская шпана
Гейши ходят в этой обстановке
И в этом вся их жизнь заключена
Эх, поехать бы сейчас в Россию
Где в гостинной запах пирогов
Где красотки, нету их красивей
По салонам ищут игроков.
В солнечном далеком Сингапуре
Где колючий кактус под окном
Я к тебе поплыл бы по Амуру
Я к тебе пришел бы и пешком.

 

“Вы помните, вы все конечно помните…”

Есенину.

Я прислонютый был к стене
А вы в окно кричали мне
“Ну что “мудак”, опять напился?”
А я….. всего лишь похмелился

“Мне тацевать, ведь я Дункан!!!”
“Езжай в Париж, тацуй “кан-кан”
Езжай в любую часть Европы
И танцы свои, засунь в жопу”

Манда, приехала в Россию
Как будто ждали мы мессию
Тут все танцуют под тальянку
Изобрази хоть раз крестьянку”.

Да, было дело в “Англетере”
С пьяну не мог попасть я в двери
Ах! Дуня Дуня, ты права,
Был пьян вчера – совсем в дрова….

 

Пиаф.

Ах! Была я певицей известной
И Монмарт покорила я вмиг
И была я кокотка прелестною
И успех я имела у них

И как будто бы вальсом французским
Покорила я много сердец,
И не знала тогда я веселая
Что и песням приходит конец.

О Париж, о Париж, Азнавур мне поет Mon Ami
О Париж, о Париж, я с Серданом поеду в Орли
О Париж, о Париж, но над Сеною льются дожди
О Париж, о Париж, и куда-же летят журавли…

 

“Под лаской плюшевого пледа”

Цветаевой.

Под сенью ласкового пледа глаза сверкнули озорно
Он мне сказал я непоседа, не приезжала ты давно

И мы смеялись, много пили и снег струился с вышины
И вихрем вальс в огромной зале и в январе твои цветы.

Ах милый вальс, волшебный вальс и не забыть его вовек
Вот так мой друг, любимый друг нас осенил двадцатый век.

Под сенью ласкового пледа….

 

ТЫ МЕНЯ НА РАССВЕТЕ РАЗБУДИШЬ…

А. Вознесенскому

На рассвете меня не буди,
На рассвете еще соловьи,
На рассвете всегда сладкий сон,
И плывут мне стихи как ладьи.
На рассвете я встретил тебя,
Поцелуем коснулся любя,
На рассвете померкла звезда,
На рассвете прольется слеза.
На рассвете закрой мне глаза
На рассвете на травах роса
На рассвете оплачешь меня,
На рассвете простишься любя…

 

Анненскому.

Моя звезда.

Как Черноморская волна гранит пурпурный омывает,
Когда над берегом прибой, шумит  игривый и взывает

К мечтаньям, сладостный Эол.
Так стих летит,как звуки арфы
И поэтический глагол

На крыльях ночи прилетает,
Как краски ложатся на холст,
Так рифмы строй, с небес слетает…

Но вот ,слова пришли и стали золотыми
И в сердце радостное Ангел возвестил:
“Держи поэт и сделай их своими”

“Среди миров в сиянии светил,
Одной звезды я повторяю имя”…

 

“Сказала мать: “Бывает все сынок”.

Аве Мария.

Слова любви и все стихи, и песен всех не счесть
И мне, как сыну Твоему, позволь свои прочесть.

Когда в ночи волхвы пришли, к яслям Ты подошла
И наклонившись надо мной, шептала чуть дыша:

“Сынок, будь счастлив дорогой, живи не зная бед”
Но стая Иродовых псов уже искала след….

“Сынок, какой красивый ты, как Ангел средь людей”
Но ад, уже разинул пасть, принять меня скорей.

“Сынок, я знаю, ты пришел спасти своих людей”
Молитвой были те слова от Матери моей.

“Когда приду домой в конце пути”,
Скажу я Маме тихое прости”…

 

Моим подругам с любовью.

Утесову.

Есть город в Крыму, красивей его нет,
Где волны шумят, на просторе,
Где чайки кричат предвещая рассвет,
У Черного моря…

Магнолии запах, глицинии цвет
И парусник ходит в дозоре,
Любимый мой город, он солнцем согрет
У Черного моря….

Там небо в ночи о любви говорит
И был я там счастлив не скрою,
Когда ты сказала: “Я тоже люблю”….
У Черного моря… У Черного моря….

 

Ахматовой

“И сфинксы над Невой” и памятник тебе,
На Петропавловку взирают безутешно,
И в Гумилева выстрел, и в ночи, ты сыну
передачи носишь спешно.

Шаги твои я слышу всякий раз,
Когда в цеху поэтов – самый малый,
Печальный взор твоих усталых глаз
И рифмы слышу голос величавый:

– “Когда б вы знали из какого сора
Растут стихи не ведая стыда” –

Богинею, без всяких оговорок,
Среди поэтов  будешь ты всегда…

 

“Имя твое не известно, подвиг твой бессмертен”

Эта строчка солдат в нашей памяти вечно храниться
Эта клятва солдат в душах наших  всегда на границе
Эта слава солдат опаляет сердца как зарница
Это песня тебе,и стобою никто не сравнится.

Я не видел тебя ,не ходил я в атаку с тобой
Я не знал о тебе, мы не мерзли зимой под Москвой
И Берлин я не брал, в сорок пятом счастливой весной
Не с тобою я был когда ты не вернулся домой.

Мне досталось хорошее, чистое детство
Мне достались друзья и подруг звонкий смех и кокетство
Мне досталось петь песни – от тебя это было наследство
И улыбка любимой,что напротив живет по соседству.

Ты никем не забыт и ничто о тебе не забыто
Своей жизнью солдат эта слава тобою добыта
Сколько б не было нас и с тех пор не прошло поколений
Мы сегодня солдат преклоним пред тобою колени.

 

“Не пой красавица при мне ты песен грузии печальных”

Ашварии Рай.

“О Шивва! Все твои невесты красивей сказок из Авесты
Пленяют грацией своей, они как лилии полей
Но где скажи и не скрывай, цветок желаний – сладкий май?”
“Ее здесь нет, но не страдай, всем сердцем ты ее желай,
Прийдет Ашвария – с ней Рай”…

 

“Вчерашний день часу в шестом…”

Н. А. Некрасову.

Вчерашним вечером неспешно, гулял я по Сенной
На встречу мне идет сенатор с девицей молодой
Точно “Дед Мазай и зайка” под руку идут
Разговоры про Амуры скромненько ведут.

Я спросил ее: “подруга! этот дидуган
Разве может без напруга вытащить”наган”?
Мне в ответ она сказала,что старик “силен”
Плетью бьет его по жопе что-бы кончил он

Да…. Некрасов, времена… и страна иная
Зоя, Зоинька моя! – “Дед Мазай и зая”….
Я узнал ее опять, хоть вся жизнь другая
И музе я сказал : “Гляди – сестра твоя родная”…..

 

Величанскому и Никитину

Бываю у гримальди я летом и зимой
Он слушает вивальди ну- в общем парень свой
Зачем ему печалиться об этом и о том
Заботится не надо почти что ни о ком

Собачки на лежанках в том замке родовом
Виолончель не слушают, нет слуха в них ни в ком
И стало нам так ясно, так ясно, так ясно,
Что жил прошла напрасно в жилище дорогом,
Что жизнь была б прекрасна прекрасна, прекрасна,
Если бы наш папа женился на другом…..

 

***

“Я, гений Игорь-Северянин,
Своей победой упоен:
Я повсеградно оэкранен!
Я повсесердно утвержден!”

 – “Скорей ты прав и это скука, читать Пилевина-наука”
– “А Веллера читать?” –
– “Упреешь, когда над мозгом твоим веришь,
Кто-то долдонит день и ночь что надобно тебе помочь.” –
– “Но может Витя?….
“Шендерович?” Так он же кажется семит?”

– “Зато как гневно говорит особо про  заклятого, за Вову из девятого…”

– “Мдааа…. Может прав был Игорек “не на том поле я игрок?”
Пора нам оэкранится, за Эрнстом дело станется.”
           “Ты чо? в дверях стоят злодеи славянофобы – все е……..и, Гордоны, Позднеры
и с ними В.Соловьев в мундире синем…”
– ” И что-же братец,нам сдаваться?”
– ” Нет!!! Повсесердно утверждаться и укрепляться что есть сил!”
(Пока Леонтьев голосил, со всей своею страстью, как хорошо под властью.)

– ” Есть интернет! Не знал ты это, просторы – шире кабинета!
Вперед мой друг, беги за мной! Там можно жизнью жить иной,
Возьмем свои портреты и новые штиблеты!”

Мораль сей басни такова и смысл ее простой
Мы упиваемся порой, как Северянин – сам….. собой.

 

“На Красной площади стоит
Там кое-кто в гробу лежит”.

Губерману.

За Красной площадью идет по красному ковру
Спешит весь в красном человек к открытому окну
И строгим взором смотрит он на площадь пред собой
А там парад идет давно под барабанный бой.

И видит он себя не здесь, стоящим над балконом
А в Аустерлице, на коне,
                                     самим Наполеоном!!!

 

“Ты помнишь Алеша дороги смоленщины?”

 К. Симонову.

“Я б вспомнил дороги, но… их просто нет
Их нету в Смоленске, и нету и в в Брянске
Их нет ни в Тамбове и Тьмутараканске
Их нету нигде, в Сталинграде их нет
И даже в Крыму, в милой Ялте их нет.

Скажу тебе Костя и это ответ:
В России-ракеты!!!
А…. дорог таки нет….

 

“В Воскрестный день с сестрой моей мы вышли со двора”

С. Михалкову.

Сегодня после девяти мы вышли со двора
“Я отведу тебя в дурдом” сказала мне сестра
“Симптом опасный у тебя,ты болен головой,
“И в депутаты захотел с Поклонскою дурной”.

Я так и знал! Скорей бежать! В больницу? Не хочу!
Хочу законы издавать – родному Москвичу
Хочу, чтоб помнили меня с Собяниным моим
И этот статус для меня особенно любим.

Куда?! Зачем?! Я не пойду! Я в дурку не хочу!!!
Мне санитар: “Пройдемте в дверь на медосмотр к врачу”
И я пустился на утек, как северный олень
Спасая у себя в штанах мандатский бюллетень…

И если спросит кто тебя вопросом глуповатым:
“Там что, дебилы все сидят и лбы “ума палаты?”
Ответишь им и не соврешь, ты с видом простоватым:
“Здесь только лучшие из всех-простые депутаты”…

 

Силовикам-спортсменам….

Со всей своей силой я тебя полюбил
Со всей своей силой я тебя позабыл
Со всей своей силой я тебя разлюбил
И не хватит мне сил, чтоб тебя я когда-то забыл.

Со всей своей силы ты меня полюбила
Со всей своей силы ты меня не простила
Со всей своей силы ты кричала мне вслед
Что сил не хватает читать этот яростный бред.

Годы шли и устали мы биться в пути
Годы шли и с дороги своей мы не можем сойти
Годы шли от судьбы нам уже никуда не уйти
И…. прошли наши годы и некуда дальше идти….

 

“Ты Данте страницы ада диктовала?”

Тебе.

“Горек стих над Невой”и не весел он над Россией
Успокой меня и упокой сладкоголосая птица Сирин
Я не выпил всю чашу до дна,но уже почти допиваю
Мне с тобою дорога одна и тебя я одну воспеваю.

 

Привокзальный вальсок….

Галичу.

Меня как Галича выслали давеча
И поехал я к “ним” взяв билет
На вокзале два скромных товарища
Проскользнули тихонько в буфет.

И когда я налив пол стакана
Не спеша пропустил в третий раз
Один из них мне скал прямо
– “Вали поскорей пидараст…” –

 

***

Ах ромашки цветы полевые
И глаза твои голубые
По плечам разлились золотые
Твои волосы мне дорогие

Ты лежишь среди трав – руки нежные
И над нами небо безбрежное
И над нами курлыча вдали
Улетают на юг журавли…

 

***

Когда обо мне вы писали,
Свой «Паркер» макая в говно,
Мол, доставил вам много печали
И совсем не сейчас, а давно

Но когда специфический запах
Всем  глаза подлецам разъедал,
Тогда песням моим в полных залах
Стоя, слушатель рукоплескал.

 

***

Когда меня опять в “Кресты” закроют
Под лязг замков и камерных ключей
Я лиру свою вновь тогда настрою
Идя на суд по делу “скрипачей”…

 

Пушкину

Ты лиру уронил тогда на Черной речке
И выстрела раскат над лесом пролетел
И зашипел свинец, в снегу как пламень в печке
И лопнула струна и дух твой отлетел

Ты не успел вернуть ее тому кто с неба
Нас осеняет всех и мертвых и живых
Ведь смерть твоя была так явственно нелепа
Как разорвалась нить на четках дорогих

И вот уже сейчас, как ты порой осенней
Усталый путник брел я ,с грустью на душе
Нашел находку ту, что нету драгоценней
Как будто бы во сне, как будто в мираже

И вот она в руке,волшебный звук забвенья
Пьянит чарующей мелодией меня
И мне так долго, ожидавшем вдохновения
Вдруг покорились сразу, небо и земля.

И серафим спустился шестикрылый
Его наказ услышал над главой своей
Коснулся губ моих и вмиг они ожили
“Глаголом жги сердца людей”…

 

***

Под стихи мои песни не слышатся
Под стихи мои гимн не “сошьешь”
Но читаешь их и….. легче дышится
И по жизни ты легче идешь….

 

Встреча

В ночном дыхании приусадебных аллей
Над барским домом, что весь зАлит был луною
Где соловей ночной заводит свои трели
Где шелест листьев липы вековой

Когда дневные птицы все отпели
Нечаянно случился этот разговор, между прохожим
И дворянской дочкой, сидевшей пред окном с письмом,
На время чтение его отложим, она услышав тихие шаги,

 Спросила безучастно о пустом:

– “Ты дедушка чего не спишь, а парком ходишь?
А… Вспомнила тебя ты ,ты кажется у нас из лесников
Или садовник будешь кажется у нас?” –
– “Да барыня, он самый я, Евген, а по отцу Петров. От старости
Как звать себя совсем уже забудешь” –

– “А что, уж мне шестнадцать и помню я тебя
Почти с мальства, как только в сад я  начала ходить
И помню ,что носил через ручей меня и няню вместе,
Все мы так удивлялись твоей силе” –

– “Ну, всяко было. И многого не вспомнить. Ты…. кажется Татьяна?
Из младших будешь? Тооочно. Это ты…, когда бывало ночью
Не заснуть, обход усадьбы делаю с Иваном
Сидите часто вы у старого каштана.”

И все какие-то читаете вы книжки, а сестры барыни
Уже давно все спят и дворовые наши ребятишки.
А что сегодня? Месяц уж взошел…”

– “Не спится что-то… Мне надо написать письмо,
Не знаю как начать, ну… и заминка вышла.
Вот слышу в парке ходит кто-то, я в окно,
А, это ты Петрович и…. всего-то”…….

– “Ну… барыня не наше это дело, хотя… я дам тебе один совет
Что бы письмо случилось, напиши умело и не ходи все около
Да-да, аль нет так нет. И если кто-то любит, он поймет с полслова
Напиши и точка, положи в конверт… Да…. И еще…..

– “Ты доченька по Русски не сильна, вот и не вяжется
Сложить тебе послание, пиши все по хранзузски,по ихнему пиши
Так и….наладится у вас свидание.” –

– “Постой дурак! Молчи! Да как ты смел, я и себе того не говорила
Ты…. прочь ступай, И больше не  ходи.”
И пальцем строго старику грозила.

– “Не гневайтесь вы Таня на меня,
Ваше письмо достойно всех похвал
Я наизусть его запомнил с детства
Когда впервые с трепетом читал” -.

 

Матрица времени

Поток волос твоих струится с нежных плеч
И шелест крыльев бабочки ресницы
Как много лет прошло с тех милых, теплых встреч
Когда под утро все равно не спиться
Заря,вся словно ты, и негою дыша
Она росою трав скорей спешит умыться
Роняя первый,нежный отблеск на луга
Поет, журчит ручей, и в небе облака…
И тихо день свой начинает ход
Беря у ночи время эстафету
И жаворонка трель заводит небосвод
Спешит Июль услышав песню эту
И вот года прошли и повзрослели дети
И колокол зовет на праздничный обед
Но так щемит в груди,читая строки эти
Что я не получил тогда на все ответ
Соседский мальчик прибегал играть
С моею внучкой,и в парке на опушке,
Все норовил стихи мне прочитать
Совсем еще ребенок, Саша Пушкин
Стихов не помню, но его глаза
Восторженные и с какой то грустью
Смотрели в даль где плыли облака
С напоминанием того,что все мы в мире гости
Струи волос твоих пролились по плечам
И губы сладкие от вишен в поцелуе
И руки плавные на зависть лебедям
 И имя твое новое в Июле…

 

Сон

Люблю тебя мой друг, тепло ладоней нежных
Молчанье в тишине и ход луны не спешный
Свой свет в ночи прольет чрез тусклое стекло
Узор на лица нам,и в сон твой безмятежный…

Голубка спи, забот прошедших рой
Пусть не войдут в твой день грядущий
Охватит сладостная лень всех в час ночной
И время пусть уснет, судьбы посланник ждущий.

Подруга юности, как тихая волна, плывет твой сон,
Качает грезы и челнок на взморье
И нежно шепчет тонкая струна,
Эола арфы над водой в просторе…

И звезды над тобой, и небо над землей
Все мирно спит. И ландыш до зари укрылся под росой
Его найдешь ты утром над рекой, и он к тебе спешит
Все повторится вскоре, как тогда весной.

Все повторится, но уже без нас
И нежный поцелуй и звон капели
И голос жениха, и легкий наш баркас,
И чайки над волной как годы пролетели…

Спи милый друг, пусть безмятежный сон
Окутает тебя счастливой дымкой,
И юный Купидон, забыв в кого влюблен,
Играет в снах твоих с наядами в обнимку.

Когда уснем мы. И тепло любви сопроводит нас
К вечному пределу, скажу тебе: “Любимая не спи!
Проснись мой друг! подали Каравеллу!
Расправив паруса, мы уплывем туда

Где небо навсегда, где не падет слеза
И где не будем мы считать года…
Где Райских птиц небесных голоса
Оставь здесь все. Все сны свои земные”.

Голубка спи…Пока мы молодые….

 

Маяковскому

Мне бы пить и пить сквозь время мчась
                                     Мне бы жить и жить не уставая
Мне бы петь и петь с тобой кружась
                                   Мою юность нежно обнимая

Мне уже по ночам не спиться,ведь не долог поэтов век
                                  Мне к утру бы опять не напиться
Средь коллег и библиотек. Мне бы вволю стихом насладиться
                                     Слов шальных как татарский набег
Мне бы в косы твои не влюбиться, что б не стал их рабом я на век.

Мне бы жить и петь судьбу моля
                                           И других желаний больше нету
Жить хочу закончить и в поля….
                                           Побежать к зовущему сонету….

 

“Все мы бражники здесь,блудницы…”

Ахматовой.

Не все мы бражники здесь и  блудницы
И слава Богу, что не все. От звезд вечерних
И до зарницы – одни мы ходим “на веселе”.
Мы не ходим работать на фабрику, нас не греет плакат на стене
Мы бумажные строим кораблики и довольны судьбою вполне.

 

***

Мы поем не о том что видим, а о том, как должно было быть.
И конечно мы вместе все выпьем, эту “чашу”нам нужно обмыть.
Путь наш щедро вином политый, как наполнен этот бокал
Кое -кто из нас стал знаменитым, ну… а кто- то об этом мечтал.

Не монтажники мы и не плотники, и не тоскует по нам штурвал
Мы поэты, в цеху соработники, эту долю Создатель нам дал.
Не всем в бражники и не всем в блудницы,это тяжкое ремесло,
От вечерней звезды до зарницы,только тем… кому повезло. 

 

Кобзону

Не думай о секундах с высока
Узнаешь, скоро кончаться мгновенья
Поймешь тогда как милость велика
Из каждых окон слышать твое пение…

 

***                                           

Помню с Карцевым сидели в карцере
За памфлеты мы, да за стишки
Он тогда еще небыл “смехканцлером”
И за ним утром двое пришли…

И скажу я вам братцы и в краце
Не слыхал ничего я смешней
Что наш Рома, любимый наш Карцев
Как Жванецкий, был то-же…..еврей.

 

Батлы

Не пойду я с тобою на “батлы”
Что -б опять потягать твои патлы
Что бы ты там шипела “Нагайной”
И желала мне смерти “негайной”

Не затею с тобой я дебаты,
Чтобы мне не лишиться зарплаты.
Не затею с тобою полемику
А то дома с порога мне веником

Что бы мне не лишится работы
Лучше Жирика слушать остроты
Не пойду я с тобою на батлы
Что бы был я опять виноватый

Не поду я с тобой, вот те крест
Мне хватило тебя в Инкапресс…

 

***

Не за грош, не за грош мне пропасть
Не за золото этого мира
Свое счастье пришлось мне украсть
Как когда-то я “брал”ювелира
Ты была мне на сердце напасть
Голос твой как волшебная лира
Стать твоя как пиковая масть
И глаза твои цвета сапфира…

 

***

Зашелестит листвой печальный тополь
Зальет луна на море бледный след
Ничто уже вперед нас не торопит
И прошлое сжимает свой браслет.

Вернулся- б я, в свои тогда под тридцать
Не прочь и в сорок, можно с “небольшим”
И пропустить по полной нить событий
Те, что мы в памяти своей храним

Я пропустил бы все уроки в школе
Я пропустил бы комсомольский съезд
Я пропустил бы все голы в футболе
Не упустить бы первый твой приезд.

Не упустить бы первые свидания
Не пропустить бы первый поцелуй
Не позабыть объятий замирания
Дождя весеннего под небом теплых струй….

 

Время

Седой ноябрь и в этот раз, промозглой ночью,
Над землею бренной, дежурство в руки декабрю отдал
Холодный скипетр времени нетленный.
Дыханьем снежным страж зимы, коснулся гОрода
И в судьбы наши, и в тяжкий зимний сон,
Он мертвенно слова свои шептал,
Поднявши жезл над нами,как жало скорпион.

“Спи человек,усни под сенью звезд,
Забудь прошедшее как ветерка дыханье
Лугов альпийских и стволы берез,
Любви своей заветной очертания”…

Тяжелый, липкий сон преодолев
И заунылый голос Гамаюна
Забвенье словно рыкающий лев
На время оставляет мою юность.

Подруга дней моих! И лета хоровод, и голос твой
Звенящий как ручей, и поцелуй так долго вожделенный
И глаз игривый блеск, и нам, тогда наперебой
Служил апрель, и месяц май, и август вдохновенный…

Любовь моя! Как холодно в ночи! Как одиноко,
Кутаясь в мечту, искать тебя между людей живущих
И как печаль глубОка, среди жизни дней,
Любовь мою к тебе крадущих…

Придет Январь, дыханьем ледяным
Мне на стекле окна, цветы свои оставит
Морозной кистью и узором расписным
Тихонько ночью ,как письмо доставит.

И я его прочту, и вспомню обо всем
И вспомню ту весну, где было нам шестнадцать
Где ты сказала мне : “Домой я не спешу,
Трамвай последний на 12-20….”

 

Блоку

Ночь, улица, фонарь в аптеке, на небе тусклая луна
Гремит “Хип-Хоп” на дискотеке, где зажигает детвора
Пивных бутылок звон в подъезде, дым сигаретный из окна
Духов дешевый запах бледный, и пляски-танцы до утра.

День, два, неделя, следом месяц. Проходит год и нет конца
Куплетов скудных громких песен от новомодного певца
Лихач Чеченский вихрем мчится на “гелентвайгене”отца
И девки с хохотом и визгом в ночи встречают молодца

Веселый гвалт под небом слышен. Пьет, веселится наш народ
Да……, здесь я буду не услышан, пока лежит нефтепровод
Пока “Газпром”пропаном дышет, пока в миру банкир возвышен
Пока деньгами все здесь дышет, и развращает этот сброд…

Коснусь ладонью твой гранит холодный, Невы суровый вздох
Над Питером повис, и вспомню я тогда,замерзший и голодный
Кронштадт на рейде и чугун мостов, и тех двенадцать, что в строю походном
Спешат на “Финский” к перекличке поездов.

И вспомню я ее, в тот час назначенный и встречу ту, что снова пропустил
И облик твой “шелками схваченной”, и молодость свою, что прокутил.
Ночь, улица, фонарь в аптеке, не повторится никогда
Стихи твои с серебряного века, не принесет текущая Нева…

 

***

Здравствуй Таня Соколова!
Ты завсегда к всему готова, (тут заметьте
Ленский вздрогнул: “То-же Таня и дуэль
И Евгений снова с ней….)

Да, так ты скажи подруга, как
Смогла ты одолеть, не Варкрафта,
А заметь, искушенье от письма
Ну не то, что ты писала, 200 лет

Тому как стало, лунной ночью
у окна… Другие, были времена…
А ответь как получила то письмо
От “Финандила”, что мол дадут тебе прибавку

Начислят к пенсии добавку
Ну аж пять тыщщщ, и в аккурат
Уже подписан сей мандат. И подписал
Его сам Вова!!! (тут Ленский перешел на мат:
“Кто??? Этот ебанат!!! Да ни хрена он не писал,
опять всех падло объ….ал…)

 

***

Не сопьюсь я в жизни, а споюсь
Околдолван пряным твоим словом
И пустым к Тебе я не вернусь
С детства я Тобою “завербован”

Не споткнусь я в жизни об суму
Хоть и говорят: “Не зарекайся”
В жизни кто хоть раз попал в тюрьму
Кошелька уже не опасайся

Не пустым я приду, а один
Не пустой был я, а одинокий
Не с стихами из многих корзин
А распевом моим  широким…..

Не сопьюсь я в пути, а споюсь…

 

***

Не пора бы братцы право,
Не разгадывать шарады,
Не ходить вокруг лукаво
Чтоб не петь вам серенады.

То не слов пустых каскады,
И не прихоть, не забавы
То резца тончайший мастер,
Ювелир – Евгений Прадо…

 

Токареву

Не был бы я поэтом
Ходил бы со стилетом
И брал бы я не рифму
А, кассу в темноте.

Теперь сижу без денег,
Но подленьких идеек
Как “пропетлять” по жизни
Ну…. не хватает мне.

И вот я стал поэтом
И думать стал об этом
Как же все эти лавры
Скорей в ламбард отнесть…

 

Музе

Когда в ночной тиши, где время не спешит
Где проступают образы из мрака
Ты первый раз,не подавая знака,
Сказала властно мне: “Возьми и запиши”.

Огонь свечи качнулся в темноте
И я как будто бы от сна проснулся
Но ты растаяла в безмолвной пустоте
И жертвенник над бездной покачнулся…

Его горящий пламень опалил, всю душу мне
И свиток развернулся, и горечь на губах,
Мой шепот в тишине, и я листка коснулся
И родились стихи…. И магия в словах

И мир вдруг предо мною распахнулся….

 

***

Судьбою ревностно храним
Решил создать я псевдоним

Мои стихи для них – кислоты
Доводят их всегда до рвоты

Но понял я, как не крути,
Что мне не спрятаться в “сети”

И повторится все как встарь –
“Аптека, улица, фонарь”…

 

***

А ты знаешь  она не твоя
Да и ты себе сам не свой
И зачем вам, скажите семья,
Когда ты изменяешь с другой

Ты не знаешь ,как после дня
Когда ты не приходишь домой,
Она едет к “подруге” звоня
Где ее ожидает другой

И дежурные ваши слова
Говорите вы утром спеша
И отводите оба глаза
И расходитесь еле  дыша…

 

Никитину

Один и тот же сон мне снится в декабре
Как будто ты пришла, вся в снежном серебре
И мы опять вдвоем и нету никого
Лишь только хмурый день глядит на нас в окно

И я иду к тебе и на руки беру
И холод твоих рук коснулся моих губ
И я хочу сказать и снова не могу
Что нет уже тебя, что я тебя не жду

И ветер за окном и слезы на глазах
И горький приговор замерз в моих словах
И ты всегда молчишь и ждешь, что я  скажу
Но в это время я опять себя бужу.

И снова этот мир наполнен пустотой
Где было все кругом заполнено тобой
Где были мы одни, там холодно сейчас
Где все живет кругом, давно  уже без нас.

И в сумерках  ночей, берез и тополей
Вокзалов и портов и скорых поездов
И в море кораблей, и на любом пути
Среди дорог и троп, тебя мне не найти.

Один и тот же сон мне повторятся стал
 Как будто я тебя на веки потерял
Как будто ты вот, вот, опять придешь ко мне
Как будто все слова остались в этом сне
Но мы опять молчим при встрече в тишине….

Один и тот же сон мне повторятся стал
Мне снится, что тебя на веки потерял….

 

***

Любовь нам дали лишь на подержание
По краткой жизни на земле людей
И мы, устроив с ней соревнование
Все выясняем, кто из на сильней.

Всегда в тени,с закрытыми глазами
Она съедает души где живет,
Всегда молчит, пренебрегая нами,
Всегда закончит, и руки не отведет

Ее огонь в крови не угасал
И доводил ее до закипания
И скоро я уже не замечал
Как мы горели в пламени страдания

Возьми назад, спасибо за доверие
Наш срок истек, вернемся мы к себе
Но мы, наказанные за высокомерие,
Не покоримся все равно судьбе….

 

Последний вальсок

Умножая Ты мне приумножил
Долгих дней быстрой жизни моей
Умножая Ты мне подытожил
Полноту в этой жизни скорбей.

Подсчитали грехи и проверили,
Что же сделал я жизнь проживя?
На весах Твоих жизнь мне замерили,
Но не вздрогнула стрелка с нуля….

Вот и все, и спускается занавес
На подмостках опять толкотня,
В ожидании  зрители замерли,
Начинайте уже без меня….

 

***

В искусстве Юра ты давно
А я, пожалуй, что не давно
Ну, как художник ты…………
А я, пожалуй, что подавно……

 

Чехову

Я не ходил на “Дядю Ваню”
Все как то больше к тете Тане
И “Чайку” я…… не одолел,
А вот с Валюшей преуспел…

Было всегда не до театра
Влекут меня огни Монмартра
И, как то Чехов не давался
С Галюсей больше развлекался

“Вишневый сад” мне не пошел
Со злости я к Софи ушел.
А с этой “Чайкой” так опдад
Смотреть на Люсин лучше зад.

Ну в общем с Чеховым друзья
Я познакомился не зря
С Анютой мы не без усилий
Тех “Трех сестер”, с трех раз осилили…

 

Городницкому

Вальс

Мне все Тани снятся и Наталии
А вчера вот приснилась жена
Но не та что сейчас на собрании
Та что свыше была мне дана

Та что ездила дни все считая
На свиданье ко мне в лагеря
Та что дома меня ожидая
Никогда не простила меня

Не простила мне майские ночи
Не простила мне песен слова
Моих писем размашистый почерк
И вокзальных гудков поезда…

Не простила мне наши свидания
Что пьянили двоих до утра
Первых слов моих робких признание
Под гитару в лесу у костра…

Где живешь ты года вспоминая
Когда быстро встречая рассвет
Ты как нимфа в платке и босая
Под окном открываешь конверт.

Где сейчас ты моя сизокрылая
И волшебных разрезов глаза
Где же ты,все такая же милая
Там в конверте лежат все слова

Мне ни Тани снятся и Наталии
Не чудесных видов острова
Снятся косы твои ниже талии
И ресниц два волшебных крыла…

 

***

Ты памятник себе воздвиг нерукотворный
Он не в Москве на площади стоит
Не в Питере у Русского музея,
Стихами над просторами летит.

Когда от рифмы, как всегда хмелея
И к звездам обращая жадный взор
Стою я перед тобою и  робею
 Услышав слов волшебных пламенный  узор.

И вот проснулся я однажды знаменитым,
О “Нобелевской” телеграмму принесли,
Славы моей венок, стихами чудно свитый,
Сложу к ногам твоим склоняясь до земли…

 

Русским футболистам

Если родился ты Пеле
В футбольной лиге быть тебе.
Если случится Марадонной,
Будешь звездою у Мадонны

Если родился ты Аршавиным
То станешь ты “Цыпленом жаренным”….

 

Есенину    

Черубина

Спелых губ твоих алые вишни
И лазурь твоих северных глаз
И зубов твоих жемчуга ниши
И ресницы шуршат на показ

Я вернулся с Хорезма родная
Где под небом цветет Райский сад
Где звучит всюду песня чужая
И оттуда пути нет назад

Дорогая и милая сердцу
Ты дороже всех мира красот
Я нашел эту малую дверцу
Вот вернулся, стою у ворот.

Рук твоих лебединые крылья
И волос твоих черный ручей
Облетают меня в поцелуе
Длинных пальцев эмали ногтей…

 

***

Любовь-морковь, как бы не так
Я помню все слова, и эта сука
Говорит, что вышла за козла.

Любовь мне больше не к чему
По горло, ну вот здесььььь.
И чувства мне по “кочану”
Собью с нее я спесь

Прийду, с пога и…. вперед
Ну стерва, говори…….
Все надо помнить на перед
И не забыть………… Цветы.

 

***

Когда я “Букера” в первые получил
То, как то не надолго вас забыл,
Но лишь мне “Пульцера” прислали снова
Тут я и вспомнил  вас, пока еще живого.

Ты оценил мои стихи с полслова
И острой критики конечно не забыл.
Вчера в сортире прочитал я снова
Статью в газете, где ничто ты не сокрыл.

Свои ошибки понял я толково
По  назначению ее  употребил…..

 

“Не будем пить из одного стакана….”

Ахматовой

Пьянит вино от поцелуя, и цветов шафрана,
Хмельной туман, в ночи рожденного стиха
И пьем свою любовь из одного стакана,
Вкусивши плод от первородного греха.

Глаза раскрылись и померкло небо
Лишь только красота твоя, и только одни мы,
И все в Раю, как- будто, опустело
Там посвятил тебе стихи свои и позабыл псалмы.

Начало дней земных, они зачаты в небе
Где ты сказала мне: “Возьми меня скорей,
Довольно слов пустых, я вся в желанной неге”.
И протянула кубок, со словами “Пей”….

Миры, года, эпохи, континенты,
Земной всей жизни, скоротечный бег,
Мы, Райских предков, в этом мире резиденты
И пьем вино, доколе будет человек….

 

***

Я не сказал бы, что собой хорош,
Но был в эту субботу очччччень…….
Ты же меня к себе уже не ждешь,
Ведь я тобой давно, не озабочен,

Я знаю, ты сама ко мне придешь,
“Надрать мне зад” и надавать пощечин,
Да прихвати с собою финский нож,
Надеюсь пригодится очень….

 

Клавдии Шифер

Вот смотрю на тебя я, и вижу,
Точно! – Ноги растут “от ушей”,
А малышка моя за сервизом,
Не дотянется лапкой своей.

Но зато когда мы на диванчике
Занимаемся сексом вдвоем,
Опрокинув еще пол стаканчика,
Много места на нем не займем…

 

***

Серебрянты мои серебрянты
Кто сказал, что я вас позабыл
Не снимайте свои бриллианты,
Стих в ладонях еще не остыл.

Серебрянты мои, эмигранты,
Прилетайте на песни мои,
И стихами, своими гирляндами,
Вместе петь будем мы до зари.

Серебрянты мои, дамы с бантами,
Кавалеры во фраках с пенсне,
Нас Вертинский признает талантами
И я выпью за это вдвойне…

 

Один

Опавший лист, прощаясь с ноябрем,
Когда уже роса легла на луговые травы,
И озарив рассвет осенним янтарем,
Упал к моим ногам, как вестник величавый.

Письмо я получил, увы еще вчера
И как то сразу в мире стало тихо.
Ну вот и осень,расставаниям пора,
Пора стиха, его на сцену выход.

Как жаль,что все уже прошло
Твой голос, что мне вторил под гитару
И в трубке телефонной далекое: “алло”
Он был подобен драгоценному нектару.

И наши встречи, и мечтания до зари,
И быстрый ход времен, их мы не замечали,
Но вот уже стучатся в двери декабри
И мы своих потерь не избежали…

Опавший лист упал к моим ногам,
Как вызов на последний поединок.
Мы это не разделим попола
Один я встречу день твоих поминок…

 

Романс

Мне на сердце печаль, на губах горький стих
Этот снежный февраль лишь на время утих
Дни веселья прошли, унесло их все в даль
Там, где юности нашей расцветает миндаль.

Где голос голубки в дубраве поет
Где мама с веранды обедать зовет
Где ты, вся искришься от солнца лучей,
Где только для нас ночью пел соловей.

Туда не зайти, не вернуться опять
Там воды реки не несут время вспять
Там все как в Раю, первый твой поцелуй
Там косы твои, водопад черных струй

И все впереди, ворох наших надежд
И наши тела не искавших одежд
И наши слова, их порывистый бред
И наши трофеи от любовных побед.

Горек стих на устах и на сердце печаль
И уже все трудней разглядеть эту даль
И уже быстрый март впереди не бодрит
И уже от вина голова лишь болит…

 

самое первое 2008 г.

“Одной звезды я повторяю имя…”

Музе

Вночи, услышав шелест крыльев вдохновенный,
В мой сон глагол упал дыханием звезды,
Чье имя названо Тобою во вселенной
И ангелы поют его на все лады.

И невозможность жить средь этих дней унылых,
И имя той звезды не позабыть уже,
И дрогнуло перо в моих руках застылых,
И я с тех пор служу, небесной госпоже.

И стих взлетел, раскинув рифмы крылья….

Добавлено: 22-12-2018

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*