Деревенские старухи

Тюль идет к концу, пустеют избы в селах,
Садится солнышко за массой туч тяжелых,
Пророча близость бурь, и на полях народ
Спешит скорей убрать плоды своих работ.
Приходят жатвы дин, дни сбора винограда:
Серпы оттачивать, гумно готовить надо,
Вставать с зарей от сна и бодро на поля
Идти на правдник твой, кормилица-земля.

     ———

Но в эти дни труда, тревоги и волненья
Старухи дряхлые одни во всем селеньи,
Невозмутимые, с клюками, у ворот
На солнце греются, не ведая забот.
Их сгорбила давно тяжелая работа, —
Еще одежда их хранит следы от пота, —
И счастливы они, что могут на скамьях
Сидеть теперь весь день в больших своих чепцах
Безмолвно, может быть, без мысли сокровенной,
Смотря с улыбкою нелепой и блаженной,
Как солнце золотит и храм, поросший мхом,
И море желтой ржи, подрезанной серпом.

     ———

Бедняжкам эти дни и сладостны и милы.
Сидеть до полночи с семьей у них нет силы
И одиночеством тоскливым их дарят
Года последние: мужья в могилах спят,
Уходит дочь на плот, зять возит хлеб проворно, —
Им грустно, но они несут свой крест покорно
И с кроткой радостью в слезящихся глазах
Баюкают внучат при солнечных лучах.
Пульс сердца в старости, особенно в селеньи,
Так бьется медленно и, в такт его биенью,
Так сладостно качать неспешно колыбель…
Но дети выросли и жизненная цель
Их манит в дальний путь; им хочется свободы, —
И вот томит старух второго детства годы,
Отняв последние игрушки их — детей
Они могли-б сидеть за прялкою своей,
Но носится туман пред тусклыми глазами,
Нет больше силы прясть дрожащими руками, —
Руками этими, иссохшими в трудах,
Любимых мертвецов похолодевший прах
Они в тот самый холст нередко одевали,
Который по ночам они когда-то ткали.

     ———

Но вечная нужда и падежи овец;
В солдаты отданный любимец-первенец;
Неурожайный год, зимою голоданье;
Суровые труды без криков и роптания;
Дочь в услужении, непишущая к ним;
Тревоги тайные с страданием немым,
С слезами в тишине, в ночном уединеньи;
Пожар на мельнице, принесший разоренье;
Все говорящее о тягостном былом:
Могилы тесные на кладбище родном,
Где дети резвятся веселыми толпами,
Где высятся кресты, обвитые плющами, —
Ничто не вызовет тоски о прошлых днях
В их героических и набожных сердцах.
Да, им душевный мир на долю выпал тоже
И, кажется, теперь для них всего дороже
Возможность посидеть полуденной порой
На каменной скамье, нагретой в летний зной,
Чтоб, молча, посмотреть в блаженном умиленьи,
Как утки плещутся, ныряя в отдаленьи,
Послушать девушек, поющих над рекой,
И видеть, как коней ведут на водопой…
Улыбкой счастия сияют лица эти
И кажутся они безгрешными, как дети,
Как будто бы они про старое житье
Забыли навсегда, давно простили все,
Утешившись, что их хоть в старческие годы
Уже не мучают минувшие невзгоды.
Что в восемьдесят лет им в утешенье дан
Роскошный летний день — старинный друг крестьян.

Из Ф. Коппе

Сочинения А. Михайлова. Том VI. СПб.: Издание А. И. Бортневского. Типография П. П. Меркульева, 1875

Добавлено: 25-11-2018

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*