Голгофа

Когда утро сырое
Расползется, как драть.
Нас по улицам города
Поведут убивать.
Будет ворон покаркивать,
Будут псы завывать,
На потраву, на жаркую
Чтобы не опоздать.
Два плешивых охранника
Станут руки вязать –
Полусонные, харкая,
Костеря чью-то мать.
А побритый, наглаженный,
Красномордый сержант
Будет важно выхаживать,
За ременчик держась.
И когда солнце брызнет
Жаркой кровью лучей,
Возопиет о жизни
Лучший мой из друзей.
Развязав, они бросят
Его ползать в пыли,
Дулом ткнут в мою проседь
И прикажут: «Пошли!»
Мы пойдем по унылой,
Самой горькой земле,
На которой прожил я
Полстолетия лет.
И от первого крика,
До последнего: «Пли!»
Никогда не искал,
Может, лучшей земли.
Там, за городом, горка,
А на ней эшафот –
Чтобы казнь отовсюду
Мог увидеть народ.
Ну, а те, кто захочет
Слушать хрусты костей,
Могут ложи заполнить
Для почетных гостей.
О, как много их будет!
Кто лукавил и лгал,
Кто в глаза улыбался,
Руку преданно жал.
Кто плевался и жалил
Ядовитой слюной,
Полоскал мое имя,
Суд творя надо мной.
Даже те, кто обязан,
Кому все я отдал,
Будут комьями грязи
Сзади, в спину кидать.
А еще больше будет,
Кто вообще не придет
– Ну, и что, если чья-то
Голова упадет?..
Это будет, но позже,
Нужно чуть подождать.

– Нас по улицам города
Повели убивать.

Междуречье. Альманах. Выпуск третий. Дружковка: Литературная ассоциация «Современник». Издательство «Офсет», 2004

Добавлено: 30-09-2022

Оставить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*