Голуби МОПР

У маленького Макса был только один голубь, но зато какой голубь! У других ребят, живших на той же улице, было помногу голубей, а сравнить их со «Смелым», как называл Макс своего голубя, никто и не думал.

Как важно расхаживал он по крыше, как гордо выпячивал грудь, как пышно распускал свой хвост!

Но не это отличало его от других голубей. Самое замечательное было то, что достаточно было принести его куда-нибудь на другой край города или в соседнюю деревню, а потом вернуться с ним домой и пустить, — он летел туда, где только что был. Давался в руки тем, кому его только что давал Макс, а потом, когда его выпускали, летел обратно домой.

— Знаешь что, Макс, — сказал как-то вечером отец, только что, вернувшись с собрания, — твой Смелый может сделать большое дело. Сейчас много-много наших лучших друзей посажены в тюрьмы только за то, что выступали на собраниях безработных и призывали всех рабочих к борьбе со своими угнетателями.

Сидят дядя Франц. дядя Зигмунд, дядя Фриц… Их томят голодом, держат в сырых и темных каморках, истязают, заставляют выдавать своих друзей. Их семьи тоже голодают… Надо помочь им. И твой Смелый может это сделать.

«Смелый может помочь заключенным? Как, чем?» — Макс никак не мог понять. Но так говорит папа, значит, это верно, значит, это не шутка.

— Видишь в чем дело, — объяснил отец, — заключенным помогает МОПР, а мы все должны помогать МОПР. Надо бы раздать и расклеить воззвания, но полиция не разрешит этого сделать. Вот я и подумал о твоем Смелом.

Отец достал из кармана свернутые в трубку листы. На каждом из них было написано: «Поможем политическим заключенным! МОПР». Только четыре слова. Больше крупными буквами на небольшом листке не напишешь. Но и этого довольно: МОПР все знают, надо только напомнить о нем.

На следующее утро над городом медленно летел белоснежный Смелый, а под ним привязанное к его ноге поворачивалось то в ту, то в другую сторону воззвание. Смелый долетел до дома, где жил дядя Ганс, брат отца Макса, там его покормили и попоили, и он полетел обратно.

Но полиция его уже заметила. Полицейский на мотоцикле уже отправился выслеживать, где он сядет. И Смелый привел его к Максу.

— Это ваш голубь? — спросил Макса полицейский. — Кто повесил ему это воззвание?

Макс ответил так, как они решили отвечать с папой:

— Голубь наш, а кто привесил, — не знаем.

— Ну, мы это сами узнаем, — сказал полицейский, выхватил Смелого из рук Макса и укатил на мотоциклете.

Пришел отец и сказал, что выручать Смелого — значит попасть в руки полиции. Пусть будет, что будет.

Не успел полицейский довезти Смелого к своему начальству, как над городом уже летел чей-то другой голубь с таким же воззванием. Словили этого, полетел третий. И так целый день, до вечера. А вечером закружило над городом сразу несколько голубей с теми же воззваниями.

Полицейские на мотоциклах мчались по всем направлениям. К ночи при управлении полиции был полон голубями МОПР целый чулан.

За голубями не являлся никто. И вдруг один за другим они стали пропадать.

Первым вернулся домой Смелый и у него в хвосте Макс нашел привязанную записочку:

«МОПР, помоги моей семье», и дальше был написан адрес.

Отец навел справки и узнал, что это написал один из недавно арестованных рабочих. Арестованных было при полиции так иного, что их держали не только в помещении для арестованных, но и в чулане, рядом с голубиным. Заключенные оторвали у самого пола доску, привязали голубям записки и по одному осторожно выпустили их из окошка, просунув сквозь решетку.

Так помог Смелый и его товарищи революционерам-рабочим и их семьям. Но еще больше помогли голуби МОПР. За эти дни в эту организацию сразу вступило много новых членов.

Конечно, все просьбы заключенных были выполнены родными и товарищами.

В. Гавриков

Мурзилка. № 8. Ежемесячный детский журнал для детей младшего возраста. М.: Комсомольская правда. с. 16-18, 1932

 

Добавлено: 01-12-2016

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*