К сестре

(Шуточное послание из Петроп. крепости).

Ликуйте, ямбы и хореи
И анапест, любимец мой!
Лети, лети ко мне скорее,
Стихов и рифм послушный рой!
Проснись, о дактиль вялый, длинный
И амфибрахий, нежный франт!
Играть тихонечко и чинно
Вам разрешил сам комендант.
Конечно, вас, бедняжки, может
За то ведь прокурор пугнуть,
Но он не столь меня тревожит —
С ним мы поладим как-нибудь.
Должна ты знать преданье это:
В седые мифов времена
Под арфу чудную поэта
Смягчались камни, и стена
Сама вкруг города слагалась,
Росла, росла и укреплялась, —
Так песнь его была звучна.
Да, песнь его была — сам пламень,
Уже чужой для наших дней…
И знаю я: я — не Орфей,
Но прокурор-то разве камень?!!
И вот уж крыл незримых плеском,
Я слышу, полон мой приют,
И вижу — озарился блеском…
Они летят, они плывут,
Питомцы воли, цепью дивной
На клич хозяина призывный.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . Подобно птице,
Письмо за № седьмым
(Какая быстрота в столице!)
В пять дней пришло путем своим.
И я скажу моей сестрице:
Твоя тоска, твоя печаль
Всего сильней меня пугает,
И не поверишь, как мне жаль,
Что мой язык про все болтает!
Но это — счастья верный знак:
Поверь мне тот, кто сердцем болен,
Всем на словах всегда доволен
И всяких жалоб первый враг.
Он молчалив; а я… мой Боже!
Нет, нет! И если я плясать
Еще не вздумал здесь, так что же?
Мой друг, не помышляю тоже
И нос на квинту опускать.
«Не вдруг увянет наша младость,
«Не вдруг восторги кинуть нас,
«И неожиданную радость
«Еще узнаем мы не раз!»
Гляжу вперед — и там читаю;
Не все лишь проклинаю тьму,
Но часто — верь! — благословляю
Мою судьбу, мою тюрьму…

Однако, в облаках Парнаса
Я задохнуться не хочу.
Итак, крылатого Пегаса
Пониже чуточку спущу.

Ходить наскучивши по струнке
И отощавши от постов,
Уже давно глотала слюнки
Русь в ожидании блинов.
И вот уж тройки тучи снега,
Как вихрь, вздымают в небеса…
Эх, пропадай, моя телега,
Хоть все четыре колеса!
И вот уж дым столбами вьется
Из жарко раскаленных печь;
Как будто в пропасть, тесто льется,
Не в моготу стряпухам печь.
Все в масле плавают и тонут,
Забыли гости стыд и честь:
Блинами давятся, и стонут,
И продолжают есть и есть.
Их ест и сошка полевая,
И, — кат могучий всяких ков, —
Их ест, сметаной поливая,
Михал Никифорыч Катков.
Но обо мне что слезы льете?
В своем укромном уголку
Вы там блины свои печете,
Я здесь — стихи свои пеку.
Да с тайным сердца замираньем
Жду ваших писем день со дня:
Вот-вот — венец моим желаньям,
Вот светом брызнет на меня!
Все ваши близки мне волненья,
Тревоги ваши, ваша грусть,
И строки, чуждые значенья,
Твержу с отрадой наизусть!
Ищу проворными глазами:
Кто где стоял, кто как сидел?
Кто хлопал в опере ушами
И кто блины с охотой ел?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

P. S.

Благословенна власть Господня:
И мы блины едим сегодня.

31 янв. 85 г.

П. Я. Стихотворения. СПб.: Просвещение, стр. 111-114, 1910

Ред.: В интернете все какие то отрывки-обрывки, а стихотворение очень и очень недурственное, приводим его в полном объеме.

Добавлено: 01-12-2019

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*