Карлики острова Рюгена

Немецкая сказка.

Недалеко от песчаных померанских берегов
Зеленеет остров Рюген, царь остзейских островов,
Городков его прибрежных и селений хоровод
Точно в зеркало глядится — в глубину балтийских вод,
И меж ними город Рамбин, небогатый и простой,
Окруженный синим морем да пшеницей золотой.
В старину весь остров Рюген полон был нечистых сил;
Под землею мир кобольдов копошился там и жил:
Сколько жителей считалось в этой мирной стороне,
Столько карликов лукавых жило в темной глубине.
По ночам из темной бездны на веселый Божий свет
Выходили злые духи, чтоб наделать людям бед,
И любили порезвиться, поиграть у берегов,
Там, где высятся над морем Девять каменных Холмов.

Вот однажды, жарким летом, на приморском берегу
Двое деток веселились и играли на лугу;
Одинаково красивы, детской резвости полны,
Были дети очень дружны, хоть друг дружке не равны:
Лиза, Мельникова дочка, из семьи была простой,
Ну, а Дитрих — важный барин, бургомистра сын родной!
Неразлучны были оба, да на грех стряслась беда:
Лиза бедная пропала и исчезла без следа…
В этот день с полей душистых, где работала коса,
Слышны были неземные, не людские голоса;
Слышен смех и шум нездешний и волшебный звук рогов
У таинственных и страшных Девяти больших Холмов.
А туда пошла малютка, чтоб нарвать себе венок,
И уж больше не вернулась в свой родимый городок…
Долго девочку искали, но, конечно, не нашли:
Злые карлики бедняжку утащили вглубь земли
И в своем подземном царстве заточили навсегда;
Оттого она исчезла и пропала без следа…
Так старухи говорили, так весь Рамбин порешил,
И по Лизе, как по мертвой, в церкви колокол звонил.

Годы шли; о бедной Лизе перестали вспоминать…
Но как только вырос Дитрих, он пошел ее искать.
К Девяти Холмам проклятым он подкрался в поздний час
И таинственных кобольдов подстерег на этот раз:
У подножья скал прибрежных под музыку звучных вод
При луне они плясали и сплетались в хоровод.
Рассмотрел отлично Дитрих, притаившийся в тени,
Как кружились и кривлялись в пляске бешеной они,
Как их царь колпак волшебный в этой пляске уронил…
Подскочил проворно Дитрих, налету его схватил!
Завопил противный карлик, завизжал: «отдай колпак!»
А ему на это Дитрих: «Дожидайся, как не так!
В колпаке вся ваша сила; я тебе отдам его,
Если ты меня проводишь в недра царства своего:
Ты украл мою подругу — к ней веди меня теперь!»
Отомкнул послушно карлик гор таинственную дверь;
В глубину они спустились рядом каменных ступень
И вступили в край волшебный: полумрак — ни ночь, ни день.
На стенах хрустальных гротов, зал подземных и палат
Изумруды и рубины в полутьме, как жар, горят,
И алмазными огнями так и искрится земля.
Как на солнышке росою окропленные поля.
В драгоценные чертоги карлик Дитриха привел,
Усадил его с поклоном за покрытый пышно стол
И красавица-девица поднесла ему вина,
Хороша, как ангел Божий. но печальна и бледна,
Смотрит Дитрих, вспоминает, как прекрасный, смутный сон:
Эту девушку когда-то уж видал и прежде он…
Этот взгляд и нежный голос… То она, сомненья нет,
Белокурая подруга незабвенных детских лет!
И она его узнала: задрожала, обмерла,
Дорогого друга детства со слезами обняла:
«Ты-ли, Дитрих? Друг мой милый, уведи скорей меня,
Дай мне снова насладиться блеском радостного дня!
Ни лесов, ни гор, ни моря я не вижу столько лет…
Дай ты мне взглянуть скорее на прекрасный Божий свет,
Дай услышать пенье птичек, ропот волн и шум лесов,
Голос матери родимой, звон святых колоколов!» —
«Слушай, карлик», молвил Дитрих: «выручай-ка свой колпак!
Исполняй мои приказы, — не отвертишься ни как…
Много лет бедняжку Лизу продержал ты взаперти,
Так теперь за все обиды хорошенько отплати:
У тебя алмазов много, — дай их нам, и мы уйдем,
А тебе уж на прощанье, так и быть, колпак вернем»!
Почернел от злости карлик, но велит мешки принесть
(В них каменьев драгоценных и не смерить, и не счесть);
Лизе весь передник полный он насыпал тех камней,
И на Божий свет, на волю, вышел Дитрих вместе с ней…

О, как сладко пели птицы, как шумел зеленый лес,
Как светло мяло солнце средь безоблачных небес!
На земле, на море, в небе — всюду жизнь и красота,
И рука с рукой, ликуя, шла прекрасная чета.
Целый город им навстречу в шумной радости спешит;
В церкви рамбинской, как в праздник, громко колокол звонит.
И из той же самой церкви, той же светлою весной.
Вышел Дитрих вместе с Лизой, молодой своей женой.
Путь их вешними цветами май цветущий усыпал,
И на свадьбе их веселой целый город пировал.
А колпак волшебный Дитрих по условью возвратил,
Но проделки злых кобольдов уж навеки прекратил:
У стеклянной двери в гору он поставил крест святой,
Чтоб нечистые остались запертыми под землей.
А себе построил замок, флаг на башне распустил
И, счастливый и довольный, долго здравствовал и жил.

Переходит крепкий замок с той поры из рода в род
И, как в зеркало, глядится в глубину балтийских вод
Недалеко от песчаных померанских берегов,
Где лежит зеленый Рюген, царь остзейских островов.

1889.

Отдел “Из стихотворений для детей”

Ек. Бекетова. Стихотворения. Посмертное издание. СПб.: Типография братьев Пантелеевых, 1895

Добавлено: 14-02-2017

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*