Королёк и Зима

(По мотивам французских сказок)

 Принцесса Тронколен

Ту-ру, ту-ру,
Ту-ру, ту-ру,
Проснулось солнце поутру
И вышло на прогулку,
Трюх-трюх по переулку.

Оно скользило мимо стен,
Оно вовсю светило,
Чтобы принцесса Тронколен —
Да, да, принцесса Тронколен —
Светила
Не затмила.

Она жила невдалеке
В воздушном замке на реке.

 

 Таинственная карета

Мелькают спицы,
Летит колесница,
Несётся четвёрка коней.
— Куда она мчится,
Куда она мчится
И кто там, закутанный, в ней?

— Ну что за вопросы!
В карете увозят
Могучую чёрную Ночь.
Мелькают спицы,
Летит колесница,
А ну-ка с дороги прочь!

Не видно погони,
Но взмылены кони.
И по ветру гривы летит:
Сегодня карета
Ещё до рассвета
Должна возвратиться назад.

Никто не заметил,
Что сел на рассвете
В карету другой пассажир.
Но всё потеплело,
Но всё посветлело,
Опять просыпается мир.

 

   Жак-силач

Жак не любил ни ссор, ни драк,
Любил работать в поле Жак.

Запряг он как-то лошадь в плуг,
Вспахать решил землицу.
Но заупрямился битюг,
Ни тпру, ни ну — стоит битюг,
Не хочет шевелиться.
— Ах, так, —
сказал сердито Жак, —
Не справлюсь сам я, что ли! —
И кнутовищем тут же Жак
Перепахал всё поле.

Жак не любил ни ссор, ни драк,
Но был могуч и славен Жак!

Пошёл он в армию служить.
Послали Жака сторожить
Единственную пушку.
А он её под мышку взял
И утащил на сеновал,
Как детскую игрушку.

Он положил её под бок,
Чтобы украсть никто не мог,
И захрапел, как только лёг, —

И так храпел при этом,
Что струсил старый генерал
И отступить команду дал —
Тихонько, до рассвета.

Жак не любил ни ссор, ни драк,
Но был могуч и славен Жак!

 

     Пропажа

Луна отражалась
В зеркальном пруду.
Луна проплывала
У всех на виду.
Но ветер примчался
Издалека,
Подул —
И закрыли луну облака.
И все закричали:
— А где же луна?
— В пруду
Утонула, должно быть, она!
Три дня и три ночи
Над тёмным прудом
Ходили
И шарили старым багром.
Достали
Удилище,
Рваные сети
И всё,
Что теряли когда-нибудь дети.
Но где же,
Но где же,
Скажите,
Луна?
— А может быть,
Всё-таки в небе она?
— Мы очень устали,
И нам не до шуток!
Мы ищем её уже несколько суток…
Мы знаем:
И в этом,
И в прошлом году
Всегда она плавала в нашем пруду!

 

 Боб до неба рос, пока…

Боб до неба рос,
Пока
Не задел за облака:
Зацепился и повис,
Озорно косится вниз.
— Эй! — кричит он громко. — Эй!
Залезайте поскорей!
Кто ни разу в небе не был,
Пусть торопится на небо.
Прямо к солнцу и луне —
По моей крутой спине! —
Муравей решил рискнуть.
Муравей пустился в путь.
Полдороги Муравьишка
Отмахал без передышки.
— Я бы мог и дальше лезть —
Только хочется мне есть… —
Муравей на землю — хлоп!
— Ха-ха-ха! — смеётся Боб. —
Просто, братец, струсил ты,
Испугался высоты!
Ну-ка, кто не знает страха?
— Я! — сказала черепаха.
Вот ползёт она, ползёт…
День ползёт, и два, и год…
Нет, до неба не долезть ей,
Только топчется на месте.
А Бобу опять потеха,
Задыхается от смеха…

Тут огонь сказал:
— Ах, так!
Подержите мой пиджак! —
Вмиг излетел он до небес
И за облаком
                           исчез!

 

   Королёк и Зима

Поссорились раз Королёк и Зима.
Завыла Зима: — Вот опустится тьма —
Морозом тебя до костей проберу,
Холодной ледышкой ты станешь к утру!

Зима бушевала, свистела, мела.
А утром спросила: — Эгей, как дела?
— Неплохо! — вспорхнул Королёк над трубой. —
Ни разу не встретился за ночь с тобой! —
Зима растерялась: — Ой, врёшь, Королёк!
Ну, где же от стужи ты спрятаться смог? —
Спокойно взглянул Королёк на неё:
— А в кухне, где прачки стирали бельё.
— Ну, ладно, — сказала сердито Зима, —
Сегодня во все заберусь я дома!

И вот потонула дорога в пурге,
Огонь отпылал и потух в очаге.
Но только на улице стало светать,
Летит Королёк и щебечет опять.
— Ты жив, Королёк?
— Да, как видишь, живу!
— А где ночевал ты?
— С волами в хлеву!
— Ах, так, — рассердилась Зима, — погоди,
У нас ещё весь разговор впереди!

Морозом таким задышала Зима,
Что даже озябла немного сама,
К подстилкам примёрзли хвосты у волов…
А что Королёк?
Он и жив и здоров!

 

    Три охотника

Сошлись охотники втроём
В охотничьей сторожке:
Два щеголяли нагишом,
А третий — без одёжки.
И три ружья есть на троих.
Но только — вот досада! —
Два не заряжены у них,
а третье — без заряда.
Стреляли в зайцев: бух, бух, бух!
Гремело на рассвете.
Но упустили тут же двух,
И сам умчался третий.
Хотя косого скрыл туман,
Их не смутило это:
Зайчишку сунули в карман
Тому, кто был раздетым…
И дальше двинулись втроём,
И видят: недалёко
Стоит чудной и чудный дом
Без крыши, стен и окон.
И постучали: тук, тук, тук!
Хозяин был знакомый —
Он тут же выбежал на стук,
Хотя и не был дома.
— Мы у тебя хотим пожить, —
Охотники сказали. —
Нельзя ли зайца нам сварить?
Посуды мы не взяли.
— Ах, отчего ж сварить нельзя?
Горшки к услугам вашим.
На кухне три горшка, друзья,
Один другого краше.
Но должен вам сказать одно,
Хотя и мелочь это:
У двух горшков разбито дно,
А в третьем — вовсе нету!

 

    Волшебная птица

Однажды
В ночном
Услыхали подпаски:
— Волшебная птица
Умчалась из сказки,
Волшебная птица,
Прекрасная птица,
Которая правду сказать не боится,
Она поселилась
                               в ближайшем лесу
И просит за службу
                                     четырнадцать су. —
Король рассмеялся
                                     и денег мешок
Схватил
И к опушке лесной поволок.
Но где эта птица,
Волшебная птица,
Которая правду сказать не боится?
Её он купить,
К сожаленью,
Не смог.

И армию
Двинул в поход
Генерал,
Но странную птицу
И он
Не поймал,
Чудесную птицу,
Волшебную птицу,
Которая правду сказать не боится:
Должно быть,
Он просто
Её
     не узнал.
И по лесу
Долго
Бродил птицевед:
— Нет, птицы подобной,
Наверное, нет. —
Король рассердился:
— Как нет,
                    коль она
Французскому царству,
Как воздух, нужна!

Что делать?
Волшебника
Вызвал король:
— За птицей, старик, отправляться изволь!
Поймаешь —
                          полцарства
И дочь Короля,
А если не словишь —
Тогда уж
                  петля.
Волшебную птицу
В волшебный силок
Волшебник
Поймать
На рассвете
Не смог.

Но только
Спустилась
Волшебная тьма,
Она ко дворцу
Прилетела Сама…

Разбойники,
Воры,
Убийцы,
Лгуны
Французскому царству
Теперь
Не страшны,
Пока
           не пропала
Волшебная птица,
Которая правду сказать не боится,
Которая громко сказать не боится
Убившим:
— Убийцы! —
Солгавшим:
— Лгуны!

 

      Два солдата

Сержант Ля Шик
                                  и Ля Раме
Ловили ветер в поле.
И оказались вдруг в тюрьме —
В тюрьме, а не на воле.
Они забыли во хмелю,
Что всё на белом свете
Принадлежало королю, —
А в том числе и ветер.

Старик Ля Шик
Слегка поник,
Хоть дело не в боязни,
И Ля Раме
Сидит в тюрьме
И ждёт бесстрашно казни.

Но вот Ля Шик вздохнул:
                                                  — Беда!
Попались мы, однако!
Неужто больше никогда
Я не увижу маков? —
И Ля Раме Вздохнул во тьме:
— Как в поле было тихо!
Неужто будет на земле
Без нас цвести гречиха? —
И в тот же миг
Затряс Ля Шик
Решётку от окошка,
И Ля Раме,
                     как мог,
                     помог —
Потряс её немножко.
Лежит решётка на земле,
Нет никого в темнице.
А где Ля Шик и Ля Раме?
Они успели скрыться…

Король нашёл других солдат.
А этим двум раздолье:
Они в гречихе сладко спят
И ловят ветер в поле.

Отдел «Стихи»
Раздел «Из книги «Королёк и Зима»

Заславский Р. З. Топал тополь в Мелитополь. Стихи, сказки, поэмы, пересказы. Для дошкольного и младшего школьного возраста. К.: Издательство «Вэсэлка», стр. 32-45, 1988

Добавлено: 05-01-2018

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*