Мальчик-пастух

Поехал раз царь на охоту, а с ним — вся его дружина. Гоняли, гоняли ловчие зверя лесного и выгнали тура круторогого. Завидел его царь, погнался за ним, а следом царские приспешники — на шаг не отстают. Выбежал тур круторогий на луга, где стадо паслось, и бросился в стадо. Подскакала царская охота, хочет стадо разогнать, а мальчик-пастух царского коня за узду схватил и не пускает.

Рассердился царь.

— Пусти, дурак, — говорит, — не то убью!..

Не пускает коня мальчик-пастух и говорит:

— Не топчи, государь, наши луга! Ты царем у нас поставлен и сам указал за такую провинность взыскивать. А теперь ты же траву топчешь.

Изумился царь и говорит:

— Я бы тебя за такие слова убить мог!

— Верно твое слово, государь, — говорит пастух, — а по правде ли бы это было, — ты, поди, и сам понимаешь!..

Видит царь, — пастух не дурак; он и охоту забыл, сошел с коня и говорит мальчику:

— Иди ко мне служить. Полюбился ты мне; вижу, что ты правду любишь, а правды этой я нигде не найду…

Вот и взял царь мальчика-пастуха к себе, а когда он подрос, сделал его своим советчиком и казну ему на руки сдал.

Жил пастух в царском дворце, и была у него комната потаенная. А что в той комнате у него было, — никому неведомо было.

А как много у пастуха недругов было, и не любили его за то, что во всю жизнь он никогда неправды не сказал и все дела по чистой совести решал, — то и стали старому царю на пастуха наговаривать.

— Вот, — говорят, — ваше царское величество, пастух-то ваш с басурманским царем козни лютые против государства нашего строит!..

Призывает царь пастуха.

— Вот, — говорит, — что про тебя сказывают… Правда али нет?

Ничего на то пастух не сказал, омрачился только.

— Твоя, — говорит, — воля, надежа-царь!.. Только будь это так, я бы давно у басурманского царя набольшим был!..

— Нет, — говорит царь, — не может того быть, чтобы слуга мой верный на такое дело пошел.

Вот прошло немного времени и опять царю докладывают.

— Так и так, мол, — обкрадывает казну твой любимец.

И опять царь призвал своего казначея.

— Вот, — говорит, — что про тебя сказывают.

И опять ничего не сказал казначей, только отемнел — туча-тучей.

— Что же ты ничего мне не скажешь на то?.. — спрашивает его царь.

И отвечает ему казначей:

— Кабы я это делал, ты бы о том никогда и знать бы не знал.

Еще прошло сколько-то времени, и докладывают царю:

— Так и так, государь, злоумышляет пастух против тебя. Хочет он тебя, государь, зельем лютым извести. А готовит он эти зелья в каморе у себя, не даром он все у себя запершись сидит. Знать, совесть-то у него нечиста, коли он никого к себе не пускает в камору.

Тут уж царя за живое взяло. Призывает он своего казначея и говорит ему:

— Слышу я, — ты меня лютым зельем извести хочешь?..

И тут просветлело лицо у казначея-пастуха, и улыбнулся он. Увидал царь это и разгневался.

— Ах, ты, такой-сякой!.. Из пастухов простых я тебя возвеличил, надо всем тебя поставил, а ты вон что замышляешь да еще усмехаешься. Веди меня сейчас к себе в камору.

— Не могу, государь! — говорит пастух.

— Веди, говорят!..

— Не могу!

В третий раз царь ему приказывает:

— Веди добром, не то силой войду, — тебе же хуже будет.

Вздрогнул пастух и говорит:

— Добром не поведу, а силой — все можешь сделать, государь. И человека силой в землю зароешь, да оттоль не выроешь!..

Не стал его царь слушать, — кликнул плотников, приказывает дверь в камору заветную ломать. Разломали дверь, вошел государь и руками развел. Ничего-то в каморе нет, — пусто все: только стол стоить, скамья, а на столе — кнут пастуший, дудка да пара лаптей.

— Ну, — говорит пастух, — вот тебе, царь-государь, — кнут мой, разгонять людей; вот тебе дудка для наговорщиков, чтоб слаще они тебе пели на уши. А лапти я сам обую и к себе уйду.

Бросился царь к нему, стал его обнимать.

— Прости, — говорит, — меня. Грешен я перед тобой. Оставайся у меня, — и все я тебе в твою волю передам, а злодеям тем укажу головы снять…

— Нет, государь, — говорит пастух, — не идет река задом, не вернешь, что было… Я всю жизнь у тебя прожил, каждый день здесь гордыню свою усмирял. А ты моему сердцу поверить не мог. Не расти дереву без корня, человеку — без веры. Прости, государь, и отпусти меня на все четыре стороны, — не слуга я тебе больше…

И как его царь ни упрашивал, — ушел пастух неведомо куда; и досель его ищут и найти не могут. Пастуху — пастушья доля, царским приспешникам — своя, а сменяться им и след бы, да, видно, не охота…

Русские народные сказки. Том 1. М.: Типография Товарищества И. Д. Сытина, 1912

Добавлено: 14-01-2017

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*