Медвежья лапа

Автор: Лев Михайлович Медведев; годы жизни с 1864 (1865?) по 1904; писатель, поэт, переводчик.

Шутка в 3-х картинах.

Действующие лица:

Гриша. Мальчик лет 10-12-ти.
Медведь.
Баба-бобылка, старуха.
Добродушный старик.
Мужики.

 

Картина 1-я

Сцена представляет небольшую лесную полянку. На заднем плане и по бокам деревья. С левой стороны, несколько выдвигаясь к середине, отдельный куст. При открытии занавеса на сцене пусто; слышен издали голос Гриши.

 

Явление 1-е.

Гриша (громко).
Ау!.. Ау!.. Хожу в лесу,
Хожу недаром, не играю, —
Грибы да ягоды сбираю, —
Грибов набрал, домой несу.

(При последних словах выходит на сцену с лукошком в одной руке и палкой в другой, временами то там, то сям наклоняется, разыскивая грибы, и в это время’ говорит протяжно, словно напевая).

Молодой козел
Жил у мужика,
Видом прямо хват,
Только глуп слегка.
Коль дадут совет:
«Поступи, мол, так»,
Все наоборот
Сделает чудак.
Как-то раз козел
Вышел со двора
И кричит он: — «Мне
В лес гулять пора!»…
— Не ходи, козел, —
Говорят ему,
А козел в ответ:
— «Это почему?»
Говорят козлу:
— Там опасность есть:
Серый волк тебя
Вдруг захочет съесть…
Серый волк — он лют,
Серый волк — он зол!…
— «Волка не боюсь».
Говорит козел. —
«Разве даром, что-ль,
«У меня рога?
«Я на них как-раз
«Подниму врага».
И, забравшись в лес,
Не пришел назад…
Ах, козел, козел,
Сам ты виноват!
От всего козла, —
Экая беда, —
Сохранились лишь
Хвост да борода.

(Останавливается и, прикрывая ладонью глаза, смотрит на небо).

Уж солнышко в небе стоит высоко,
А было, как вышел я, низко,
Должно-быть, забрел я в лесу далеко
И до дому, верно, не близко.
Сегодня ходил я по лесу с утра,
Кажись, и домой возвращаться пора.
Наказала мать мне, строго,
Чтобы во-время придти,
Да грибов-то все немного
Попадалось на пути.
Думал, полную корзину
К полдню я домой принесть,
А набрал лишь половину,
Хоть по пальцам можно счесть.
Ведь всего-то три десятка,
Вот и всем счетам конец.
Забранит Гришутку матка,
Осерчает и отец.
Плохую добычу домой принесу
Никто не похвалить за это…

(Снимает картуз, обтирает пот с головы и произносит задумчиво).

А весело нашему брату в лесу…
Гулял бы я так хоть все лето.
Зеленый бы лес надо мною шумел,
А я землянику все ел-бы да ел…

(Медленно уходит. Несколько времени на сцене снова пусто, но через минуту Гриша выбегает обратно, встревоженный и перепуганный).

Батюшки, матушки, вот так беда!
Жалует Мишка Топтыгин сюда,
Видом ужасен и страшен фигурой,
Толстый, огромный, с лохматою шкурой.
Ярость видна у злодея в глазах,
Когти, как крючья, торчат на ногах,
Острые, зубы сверкают из пасти…
Экие ужасы, экия страсти!..
Что же мне делать теперь?
Съест меня, бедного, зверь.
Средство к спасенью осталось одно,
Только не знаю, спасет ли оно:
Лес-то ведь густ,
Спрячусь за куст.

(Быстро подбегает к кусту и садится за ним на корточки. Медленной походкой, покачивая головой, появляется медведь).

 

Явление 2-е.

Гриша. – Медведь.

Медведь (грубым голосом).
Я. здесь в лесу владыка,
От мала до велика
Меня боятся все,
Мне все идет в закуску
И не даю я спуску
Ни волку, ни лисе.
Ем волка, ем лисицу,
Ем белку и куницу
И зайца тоже ем…
Мне кушать надо много,
И к зверям очень строго
Я отношуся всем.
Я здесь в лесу начальство.
И это не бахвальство,
Не праздные слова, —
Мне попадись навстречу,
Поймаю, изувечу,
Пропала голова.

Гриша (за кустом, шепотом).
Я тут сижу
Ни мертв, ни жив
И весь дрожу,
Хоть не труслив.
Ведь зверь жесток…
Ну, как он съест
В один глоток,
В один присест?

Медведь.
Всегда дает звериный род
Мне пищи множество в угоду,
Но мне милее мяса мед,
Уступит вкусом мясо меду.
Ел я овец, свиней, козлов,
Телят, баранов и лошадок,
Но мед я вечно есть готов, —
Он очень вкусен, очень сладок.
Его всему я предпочел…
Медведь, а лаком я, как дети;
Беда лишь мне порой от пчел,
Ужасно жалят пчелы эти.
Как заберешься в улей к ним
И нос туда чуть сунешь жадно,
Искусан будешь беспощадно,
Не уберешься невредим.
Да, побывать у пчелок в лапах
Не пожелаю и врагу,
Зато одно сказать могу:
Хорош у меда вкус и запах…
А пчелы хоть и злы, я сам им не спущу…

(Немного помолчав).

Пойду-ка дальше я да меду поищу.

(Делает движение к кусту, где сидит Гриша).

Гриша (слезно).
Ну, пропал: в мою он сторону идет,
Вот сейчас меня увидит и найдет.
Батюшка и матушка, прощайте,
Лихом вы сынка не поминайте,
А ведь не было бы горести, кабы
Не пошел бы я сегодня по грибы,
Да родителей побольше слушал,
Да поменьше земляники кушал.

Медведь (обнюхивая воздух).
Ба! Как-будто чей-то голос
За кустом услышал я.

Гриша (еле слышно).
Дыбом стал от страха волос
Видно, смерть пришла моя.

Медведь (направляясь к кусту).
Снова голос… Вот так штука!
Кто-бы мог сюда попасть?
Посмотрю да поищу-ка,
А найду — и тотчас в пасть.

(Приближается к кусту и медленно, временами нюхая вокруг себя, начинает обходить куст. Соответственно с движением медведя двигается вокруг куста, стараясь не попадаться на глаза зверю,и Гриша, на четвереньках. Три раза они оба обходят куст, причем всегда, когда медведь с одной его стороны, Гриша оказывается с другой. Наконец, медведь прекращает свои поиски. Положение прежнее: медведь на аван-сцене, мальчик за кустом).

Медведь.
Не видать ничего,
Не нашел никого.
Померещилось, видно, напрасно.
Чей-то чудится дух…
Обманул меня слух,
А ведь голос-то слышался ясно.
Уж вошел я в года,
Стал стареть, вот беда…
То ли дело, как был еще молод…
Ну, однако, пойду…
Может, завтра найду.
Что-то чувствовать начал я голод.

(Медведь, не спеша, уходит. Гриша выползает из-за куста).

Гриша (еле двигаясь от страха).
Вот напасть,
Прямо страсть!..
К зверю в пасть
Я чуть-чуть не попал.
Ну, беда!..
Никогда,
Господа,
Я такой не видал.
Скушать мог;
Да помог,
Видно, Бог
И в обиду не дал.

(Осторожно поднимается, подходит к боковой декорации и смотрит в том направлении, где скрылся медведь).

Ушел… Спасла рука Господня
Меня от зверя лютой ярости.
Ну, натерпелся я сегодня,
Не позабыть того до старости!
Дышать едва-едва могу…
Скорей домой я побегу.

(Хватает лукошко с грибами, палку и бросается бежать в правую сторону, причем сталкивается с мужиками и чуть-чуть не сбивает переднего с ног. Мужиков человек пять; они идут на работу, кто с пилой, кто с топором, а у одного есть ружье).

 

Явление 3-е.

Гриша. – Пятеро мужиков.

1-й мужик (сердито).
Тьфу, пропасть!.. С ног не сбил едва,
Совсем отчаянный парнишка,
Ну, прямо дурья голова…
Чего бежишь?

2-й мужик.
Да это Гришка,
Антона Рябова сынишка…

1-й мужик.
Да он и есть… Не рассмотрел.
Ты что тут делаешь, пострел?
Куда забрался?.. ишь бесенок,
С ума сошел, аль угорел?..

3-й мужик (покачивая головой).
Совсем, совсем шальной ребенок!

4-й мужик (добродушно).
Куда залез?… Тут глушь вокруг…
Так разве можно, милый друг?

1-й мужик (все еще сердито).
А вот сказать о том Антону,
И выйдет дело не того…
Уж он задаст тебе трезвону.

5-й мужик (самый старый).
Ну, что вы взъелись?.. Ничего;
А начудил мальчонок малость.
Так мал еще, на то и шалость,
Беды большой не вижу тут.
Ну, отвечай: что делал, плут?

Гриша (взволнованно, заикается).
Дяденька, здесь я грибы собирал…
Мало их нынче, немного набрал,
После домой уж собрался пойти,
Думаю, надо, пора:
Из дому в лес-то ушел я с утра…
Только отправился… Господи Боже,
Вдруг это вижу я…

5-й мужик.
Видишь ты что же?

Гриша (с ужасом).
Вижу, родные, медведь на пути.

3-й мужик.
Ну, замолол… и впрямь рехнулся,
Где на медведя ты наткнулся,
Откуда быть медведю здесь?..

Гриша (не слушая).
Похолодел я даже весь…
Скорей за куст… да, слава Богу,
Здесь вот немного постоял,
Потом чего-то поискал,
Понюхал малость и в дорогу…
Должно-быть, шел в свою берлогу…
Гляжу… ан зверя не видать,
Тут я скорей домой бежать!..

1-й мужик.
А не ошибся ты?

Гриша (горячо).
Ей Богу,
Коль вру, пусть с места мне не встать!

2-й мужик.
Да то медведь ли?

Гриша.
Он, проклятый,
Он самый, вижу, как теперь…
Уж ты мне, дяденька, поверь.
Идет, сопит матерый зверь,
Огромный, толстый и лохматый,
И зубы скалит, а в глазах
Видна свирепость… прямо — страх…

4-й мужик.
А повстречался с ним когда ты?

Гриша.
Да не прошло пяти минут,
Как он, злодей, стоял вот тут.

(Среди мужиков движение, они смотрят друг на друга, машут руками).

1-й мужик.
А после он ушел куда?..
В какую сторону?

Гриша (показывает).
Туда…
В лесную гущу, в самый ельник.

5-й мужик.
Должно-быть, ищет пчел, бездельник,
А все-же братцы, как нам быть?

1-й мужик.
А так, что надобно убить,
Никак оставить невозможно.

2-й мужик.
С ним по соседству жить тревожно,
Наделать много может бед,
Терпеть медведя не порядок,
Неподходящий нам сосед,
Он на скотину слишком падок
И без разбору драть здоров
И лошадей, да и коров.

1-й мужик.
Так, значить, братцы, на медведя!..
Эй, дядя Петр, Василий, Федя,
Иван да Пров, идете, что-ль?

Мужики.
Уж не откажемся… изволь…
Для мира постараться нужно.

1-й мужик.
Тогда вперед, ребята, дружно!
Пойдем медведя воевать.
Да только, чур, не выдавать,
Во всем поддерживать друг друга
И никому не отставать.

5-й мужик.
Ты сам-то не отстань с испуга.

1-й мужик.
Кто, я-то?..

5-й мужик.
Да хотя и ты,
Увидишь, — тотчас лататы
Задашь.

1-й мужик.
Ну, нет, шалишь!..

Все.
Ребята,
Ударим все на супостата.

(Вся толпа, потрясая топорами и вилами, скрывается в лесу).

Гриша (один).
А я не охотник до диких зверей,
Теперь бы добраться домой поскорей!

(Убегает, позабыв на месте и свою палку, и лукошко с грибами).

(Занавес).

 

Картина 2-я

Декорация почти такая же, как и в первой картине. Разница лишь в том, что отдельного куста нет, а посредине стоит пень. В момент поднятия занавеса входит старуха-бобылка. В руках ее палка, за спиной род мешка. Она тяжело вздыхает.

 

Явление 1-е.

Старуха.
Ох, стара я, ох, стара!.. Трудно выйти со двора. От деревни до села я сегодня чуть дошла. Ломит спину и в боках, я устала, — просто страх. Ноги вспухли, сперло дух. Жизнь не шутка для старух. Отдохнуть бы мне пора… Ох, стара я, ох, стара! Живу я на свете седьмой уж десяток, Житье мое бедно, во всем недостаток. Найти пропитанье усердно стараюсь. Прошу Христа ради, хожу, побираюсь. И добрые люди жалеют старушку… Кто даст мне картошку, кто —хлеба краюшку. А то и копейку подаст, кто богаче… И вот как я рада бываю удаче…

(Разводит руками).

А в летнюю пору, — случается часом, — поят меня бабы холодненьким квасом. За это поклоны кладу им земные: «Спасибо, касатки, спасибо, родные… Уж нет вас на свете пригожей и краше… Молиться я буду за здравие ваше. За то, что болезно мое вам мытарство родителям вашим небесное царство»..

(Качает головою).

Ох, старость не радость… присяду-ка малость,
На этом вот пне,
Совсем одолела старушку усталость,
Неможется мне.

(Опускается в изнеможении на пень).

 

Домой мне не близко,
А солнышко низко,
И вечер совсем на носу,
А в сумерках страшно в лесу.

(Начинает где-то куковать кукушка. Прокричала несколько раз и замолчала. Старуха начинает собирать свои убогие пожитки. В это время за сценой неясный шум, сперва несколько отдаленный, потом все ближе. Слышны голоса, словно идет спор и драка).

Старуха (тревожно).
Что за шум? Никак грабители
Появилися в лесу.
Ох, угоднички, святители,
Как я ноги унесу?
Вдруг убьют старуху грешную,
Не оставят и следа,
Прямо в ад, во тьму кромешную
Попадет душа тогда.
Нет в злодеях сострадания,
Что им, лютым, человек?..
И тогда без покаяния
Я земной покончу век…
Доходилась я до ноченьки,
Скоро солнышко зайдет…

(Осматривается вокруг; снова слышны крики уже совсем недалеко).

Побегу-ка, что есть моченьки,
Так авось Господь спасет.

(Пускается бежать, но сталкивается с бегущим навстречу медведем. Этот бежит, прихрамывая, и, не обращая внимания на старуху, сбивает ее с ног. Медведь пробегает дальше, а старуха лежит на земле и вопит).

 

Явление 2-е.

Старуха. – Мужики.

(Быстро входят те мужики, которые действовали в первой картине. Один несет отрубленную медвежью лапу. При виде кричащей старухи останавливаются в полном недоумении).

1-й мужик (разводя руками).
Глядите, братцы, что за вид:
Лежит старуха и визжит.

2-й мужик (с медвежьей лапой).
Аксинья это!.. Встань скорей,
Опомнись, бабка, что с тобою?

Старуха (поднимаясь, испуганно).
Беда, спасите от разбою
Совсем убил меня злодей
Да и ограбил лиходей…
Не побоялся, видно, Бога,
Не постыдился и людей.

1-й мужик.
Ну, дело… Странная тревога!..

3-й мужик.
Да ты, старуха, не тужи,
Все лучше толком расскажи…
Кто тут в лесу тебя обидел
И так кричишь ты отчего?..
Кажись, тут нету никого.

Старуха.
Злодей меня сейчас увидел,
Хотел ножом ударить в бок…

1-й мужик.
Да из себя каков он?

Старуха.
Черный,
Лохматый, не совсем проворный…

5-й мужик.
Так вот что… понял я теперь —
То не разбойник был, а зверь,
Старушку он и сшиб с нахрапу!..

(Мужики смеются; баба собирает пожитки).

2-й мужик.
Ребята! Дать ей, что ли, лапу?

Мужики.
Нам не нужна она… Отдай!..

2-й мужик (старухе).
Твое, знать, счастье… получай,
Тут целый окорок медвежий…
Сейчас добыли… самый свежий.

Старуха (берет лапу).
Спасибо, кормильцы, спасибо, родные,
Кладу вам от сердца поклоны земные!..

(Кланяется).

1-й мужик.
Ну, ладно, старушка… идем-ка домой.

Старуха.
Сейчас, мой родимый… управлюсь с сумой.

(Запихивает в суму медвежью лапу).

Спасибо, что помните наше убожество!

(Про себя).

Тут мяса и шерсти великое множество.

(Мужики удаляются, баба медленно плетется за ними).

Старуха (бормочет).
Это верно говорю…
Место я всему найду:
Щей из мяса наварю,
Шерсть разглажу да спряду,
Ну, а шкуру постелю
На лежанке, где я сплю…

(Уходит).

(Занавес).

 

Картина 3-я.

Сцена представляет внутренний вид маленькой, старой деревенской избушки. С правой стороны — убогий стол, на котором горит вправленная в бутылку сальная свеча. Около стола длинная лавка. Над лавкой маленькая полочка, на которой стоят кое-какие предметы домашнего обихода. По левую сторону — входная дверь, перед которой закрытый спуск в подполье. Окон два — с правой и левой стороны. В глубине — небольшая, закоптелая русская печь с полатями. Освещение тусклое. Старуха-бобылка и мальчик Гриша сидят на лавке. После поднятия занавеса Гриша поднимается.

 

Явление 1-е.

Гриша. – Старуха.

Гриша.
Уж дома ждут меня давно,
Пора идти. Прощай, бабуся.

Старуха (ласково).
Беги скорей, а то темно.

Гриша.
Ну, темноты я не боюся…
Устал ужасно я сегодня…
Тяжел мне нынешний денек.

Старуха.
Храни тебя рука Господня,
Прощай, мой милый паренек!..
Спасибо, — не забыл старушку,
Принес на ужин мне ватрушку.
Хоть нет зубов, так пососу.

Гриша.
Я завтра снова принесу.
Теперь прощай, спокойной ночи.
Помчусь домой, что будет мочи.

(Быстро уходит. Старуха остается одна. Она направляется тихонько к печке).

 

Явление 2-е.

Старуха, одна.

(Она отпирает заслонку и печи и смотрит туда; потом снова закрывает печь и, потирая руки идет к столу, продолжая бормотать).

Старуха.
Убоины свежей
Из лапы медвежьей
Я полный котел наварила
И во время печку закрыла.
Засыплю круп
В приправу,
И выйдет суп
На славу.
Умею стряпать я искусно.
Люблю притом, чтоб было вкусно,
А потому
Потом возьму,
Прибавлю соли я пол ложки,
Морковки, лучку да картошки,
Да малость петрушки…
И выйдет не худо —
Для бедной старушки
Превкусное блюдо.

(Достает из-под лавки шкуру с медвежьей ноги).

Теперь пора другое делать дело:
Медвежью шерсть я остригу умело,
Затем спряду, а после эту пряжу
В базарный день отправлю на продажу.
Мне за нее всегда дадут целковый,
Тогда платок себе куплю я новый,
А если нет, так заверну в тряпицу
И спрячу денежки пока под половицу…

(В это время в отдалении слышны звуки сердитого ворчанья. Старуха со шкурой в руках начинает прислушиваться).

Что это там? Какой-то странный голос…
Ой, жутко!.. Дыбом станет волос…

(Ворчанье все ближе и ближе. Старуха, дрожа, приближается к окну и начинает прислушиваться).

Голос медведя (громче, постепенно).
Скирлы, скирлы, скирлы!..
Я иду издалека,
Трудно мне, я маюся,
В лапах у меня клюка,
Ею подпираюся.
Нет у Мишеньки ноги,
Ногу отняли враги.
Скирлы, скирлы, скирлы!..
Я врагу готовлю месть
Прямо небывалую
И его готовлюсь съесть,
Словно мышку малую…
Кто виновен, — съем того,
Не оставлю ничего.
Скирлы, скирлы, скирлы!..
Уж давно земля вся спит,
И давно вода вся спит,
Дремлют звезды в небесах,
И деревья спят в лесах,
Дремлет речка в берегах,
Спят и травы на лугах,
Спят по селам мужики,
Молодые, старики.
Только баба лишь не спит
И одна в полночной мгле
На моей шерсти сидит,
Кость мою варит в котле.
Скирлы, скирлы, скирлы!..

(Последние слова раздаются уже около избы. Слышен звук тяжелого шага. Старуха в ужасе начинает метаться по избе, бегая из одного конца в другой).

Старуха (шепчет).
Вот так страсти, вот так страсти!
Что же делать мне теперь?
Разорвет меня на части
Этот страшный, дикий зверь.
Будет мне медвежья шкура…
Видно, смерть пришла моя…
А еще, такая дура,
Радовалась я.

(Продолжает метаться).

Медведь (свирепо стучит в дверь).
Отпирай, старуха, поскорей,
Я за лапою пришел к тебе своей.
Горе будет если лапа не цела,
Съем тебя я, старую, до-тла.
Не шутить с тобой пришел из лесу зверь
Отворяй, — не то я выломаю дверь!..

(Ломиться в дверь).

Старуха (в отчаяньи).
Пропала я… Меня он съест
В один присест.

(Быстро открывает подполье, гасит свечу на столе и взбирается на полати. Под ударами медведя дверь трещит и поддается).

Медведь (врываясь).
Ага, яга!..
Схвачу врага,
Тебя и надо!..
Ох, сокрушу,
И задушу!

(Внезапно проваливается в подполье).

Досада!..
Разбился весь…
Какие здесь
Трущобы!
Ей-ей, не вру,
Сейчас помру!..

Старуха (соскакивает с полатей и захлопывает подполье).
Еще бы!
Теперь совсем попался, брат…
Сам лез, так сам и виноват…

(Открываете окно и кричит).

Эй, ребята, живо собирайтесь,
Попроворней все вооружайтесь,
Топоры берите и дреколье,
Все, что только сможете найти!
Я медведя спрятала в подполье,
От меня ему живому не уйти!

(На зов со всех сторон сбегаются мужики с фонарями и свечами).

Старуха (указывая на подполье).
Сюда!.. Иван, Петруха, Федя,
Никита, Павел, Фомка, Влас…
Добыча важная для вас, —
Перехитрила я медведя…

(Мужики тесной толпой с криком окружают подполье).

(Занавес).

 

Примечание.
Медведь одет так: на плечах у артиста — вывороченный тулуп; на голове —меховая шапка, лицо закрыто черным коленкором, в котором прорезаны отверстия для глаз, носа и рта. Ходит на задних лапах, подпирается палкой. Говорит грубым голосом.

Наш театр. Сборник пьес для детского и народного театра. Под редакцией А. Федорова-Давыдова. М.: Светлячок, 1918

Добавлено: 02-03-2017

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*