На новую жизнь!..

I.

Два поросенка, Хрюк и Рюк, проспали утреннюю зарю и встали очень поздно. Когда они со всех ног бросились к общему корыту, куда на заре им наливались великолепные помои, то там все было вылизано и вычищено, и две крысы, как потерянные, уныло бродили из угла в угол, в тщетной надежде найти хоть корочку, хоть клочок картофельной кожуринки.

— Что это значит? — спросили в один голос Хрюк и Рюк. — Где же завтрак?..

Увидев их, голодные крысы рассвирепели еще больше.

— И эти еще туда же тычутся?.. Брысь, вы, отсюда!.. Что, право, вылизали все чисто-на-чисто, негодные поросята, — а крысам хоть бы крошку какую оставили.

— Но мы еще ничего не кушали!.. — со слезами на глазах прохрюкали проголодавшиеся за ночь поросята.

— Велика важность!.. Вот крысы голодны, — это дело другое, — а поросятам так и следует!.. — сказали крысы п ушли во-свояси, не солоно хлебавши, браня всех поросят на свете за непомерную жадность.

Два голодных поросенка скорбно посмотрели друг другу в глаза.

— Что же это такое, Хрюк?..

— Это нечто ужасное, Рюк!..

— Но если так, — сказал гордо Рюк, — бежим отсюда прочь и навсегда…

— Бежим!.. Это самое лучшее, — подтвердил и Рюк. — Бежим на новую жизнь…

И они тотчас же дружно выбежали из ворот, самодовольно пошевеливая своими хвостиками-финтифлюшками.

— Ты подумай только, — говорил Хрюк, — какая честь будет лесным животным: сама домашняя скотина к ним в гости жалует…

— Да, братец, недостойны только они этой чести, — вздохнул Рюк, — ну, да пусть их пользуются!.. Самое главное то, что мы теперь можем с гордостью говорить, что мы не ели помоев скотницы Авдотьи.

II.

Очень дурно, очень жаль и очень скорбно было для поросячьего сердца, что прибытие двух домашних животных — знаменитых поросят — не произвело никакого впечатления на весь лес, куда поросята забежали… Птички чирикали где-то в кустах и в густой листве о своих птичьих делах; белки гоняли с дерева на дерево по беличьим делам: еж шел по делам ежовым, — и вообще, каждый занимался своим делом и знать не хотел о новоприбывших поросятах.

А это-то и оскорбляло их больше всего.

— Это удивительно! — хрюкнул Рюк. — никакого внимания и уважения к нам!..

— Да… И ни одного корыта с помоями не заготовлено для нас!..

Голод, однако, жестоко мучил Хрюка и Рюка. В самом деле, есть три раза в день помои и вдруг начать голодать с утра!..

Зато воля поросятам была полная!..

— И отлично, — сказал Хрюк, — пойдем под дубы, наедимся желудей доотвалу, — это будет получше помоев!..

Поросята нашли огромный дуб, крикнули:

— Эй!.. брось к нам желудей, да получше!..

Старый дуб молчал; никто ничего не подавал двум поросятам, и они решились сами искать желудей под корнями дуба.

Это стоило больших хлопот. Шаришь, шаришь носом по земле, — когда-то найдешь какой-нибудь старый, уже проросший желуденок… С радости, конечно, проглотишь и его моментально; желудя — нет как нет, а голод остается прежний… Целый день тычься носом по земле, — и спину-то разломит, и ноги дрожат, и пятачок чешется, а сытости нет… Усталость только одолевает, — хочется лечь и вытянуться, чтобы отдохнуть хоть немного… Задремлешь немного, откроешь глаза, а голод разбирает пуще прежнего… Просто — ужас, что это такое…

Хрюк только свирепо сверкнул маленькими, вечно воспаленными от грязи глазками…

Но это бы все еще ничего не значило. Хуже было то, что пришлось очень скоро встретиться с новыми неприятностями. Нежданно, негаданно выскочили из-за кустов пятеро зайцев. Увидали незнакомцев и обмерли от страха. Но поросята сами струхнули не на шутку, и решили, что с них сейчас же начнут снимать шкуру…

Если заяц увидит, что его боятся, — храбрее и дерзостнее его зверя и быть не может!..

— Стой!.. — завопил самый старый заяц. — Вы кто такие?.. Да как вы смели сюда явиться?..

— Извините, — трусливо хрюкнул Рюк. — Вы кто же такие будете?..

— Я — заяц!.. — гордо ответил неведомый зверь.

— А мы — поросята, — робко заметил Хрюк, — извините!.. Мы родом скотнодворцы, но ушли оттуда потому, что нам наскучили непорядки на скотном дворе!..

— Гм!.. — заметил заяц, — надо будет доложить лисе и серому волку, — по крайней мере, они съедят вас, а нас за то в покое оставят…

— Как съедят?.. — задрожали поросята.

— Да так, — возьмут за горло да и съедят… Это очень просто, и, главное, быстро!.. Погодите здесь, мы сейчас кликнешь их…

И зайцы шарахнулись в кусты со всех ног.

Тоска одолела несчастных поросят…

— Что же это будет с нами, Рюк?!. — простонал Хрюк.

— О, мы, несчастные поросята!.. — заплакал Рюк… — И голодно, и хлопот полон рот, и, в конце концов, смерть лютая!.. Ой, Хрюк!.. Если бы мы дома остались, — горя такого не было бы!.

Теперь уже и желуди опротивели бедным поросятам, и они с тоской думали только о том, как бы им убежать из этого страшного леса!..

Робко, прячась по кустам, стали они пробираться по лесу, удаляясь от зловещего дуба, где их встретили страшные зайцы… Но они не прошли и ста шагов, как навстречу им выбежала лисица и, нервно помахивая пушистым хвостом, спросила их:

— Вы самые поросята и есть?..

— Да-с, — скромно отвечали поросята в голос, — но, извините, нам очень некогда…

— Если так, — я хоть сейчас, — сказала лисица, и бросилась на Хрюка и схватила его зубами за шиворот.

Боже мой!.. Как завизжал обиженный Хрюк… Казалось, заскрипел целый обоз с немазанными колесами!.. Даже лисица струхнула не на шутку, — отскочила в сторону и сама же стала уговаривать глупого поросенка:

— Да ты потерпи… Ведь это не так ужасно, как ты думаешь!..

Но поросята, — теперь уже оба вместе, — визжали на весь лес, как зарезанные… И в этом было их спасение. При всей своей хитрости, — лиса не знала, что ей начать, и тревожно поглядывала по сторонам.

Выходило, что визгу много, а толку ни на грош!..

И когда на место происшествия явился серый волк, он опасливо оглянулся по сторонам и предупредил лису:

— Ну, держи ухо востро, кума!.. Тут дело не чисто!.. Не иначе, как это устроена для нас хитрая ловушка…

Он не договорил, как вдали затрещали кусты, и затрещали довольно подозрительно…

— Это идет человек!.. — сразу сказал волк, прислушавшись к треску сучьев, —  что я говорил?.. Спасайся, пока жива, кума!.. — И серый волк бросился наутек, а лиса метнулась в противоположную сторону…

Поросята визжали благим матом, пока не увидели в нескольких шагах от себя мужика… Это сразу успокоило их, и они замолчали. А мужик поднял хворостину, стегнул поросят и погнал их из лесу…

— И куда, поросячьим делом, забрались, шальные!.. — ворчал он на них. — Я вам задам по лесу шататься!..

Поздно вечером пригнал пастух домой Хрюка и Рюка. И когда странники очутились на скотном дворе и окунули свои пятачки в лохань с помоями, — сердце их замерло от восторга.

— Какая прелесть!.. — прочавкал Хрюк.

— Бесподобно!.. — чавкнул Рюк. — Что может быть лучше готовых помоев!.. Не правда ли, какое счастье, что мы с тобой родились поросятами?!.

— О, еще бы!.. — отвечал, захлебываясь, Хрюк…

Ну, да еще бы!.. Ведь они, действительно, были самые настоящие поросята!..

Сказки Кота-Баюна. С рисунками А. Комарова, К. Спасского, А. Кучеренко, И. Полушкина и др. М.: Типография Торгового дома Печатник, 1917

Добавлено: 17-01-2017

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*