Они уезжали в Чернобыль

1986 год останется в моей памяти навсегда. События четырнадцатилетней давности помню до мельчайших подробностей.

Возвращаясь домой с работы, зашла в магазин. Уже укладывая хлеб в сумку, услышала:

– Как дела? – давняя знакомая внимательно смотрела на меня.

– Ничего, – спокойно ответила.

– Крепись, Любовь Тимофеевна, что поделаешь…

– Вы о чем? – похолодело в душе от дурного предчувствия.

– Вы ничего не знаете? Сегодня ночью от военкомата отправляют группу специалистов в Чернобыль. Среди них – ваш сын.

– Спасибо, что сказали, – как можно спокойнее ответила я.

Не помню, как добралась к детям на квартиру. Ира гладила одежду сына, а он складывал ее в целлофановый пакет. Внук Дениска спал. Невестка и сын не знали, как мне сказать об отправке в Чернобыль Саши.

– Я знаю, – сказала им.

Все старались говорить спокойно, хотя каждый из нас уже тогда понимал, какая опасность подстерегает всех на загрязненной радиацией чернобыльской зоне.

– Ирочка, ты оставайся дома с Денисом, а я Сашу встречу у военкомата.

– Зачем? Не надо! Я же не маменькин сыночек, – вдруг запротестовал он.

В половине четвертого утра я была возле военкомата. Несмотря на прохладу и сырость, было много людей. Кто-то громко плакал, играл баян, разговоры, суета. Сына еще не было и я напряженно всматривалась, чтобы не пропустить его приход. И увидела. Он шел высокий, статный, с рюкзаком за плечами, старался выглядеть мужественным. И все же на его лице проступало что-то детское, наивное. Саша поискал меня глаза в толпе.

– Я здесь, – откликнулась я.

Мы молча, понимающе смотрели друг на друга. Вскоре прозвучала команда: «Все призывники – в военкомат!».

– Ты подожди меня, – попросил сын.

– Никуда не уйду, сколько надо буду ждать.

Пока их инструктировали в военкомате, подъехал огромный автобус. Крики, шум стали еще громче. Началась посадка. В голове только одна мысль: «Только бы не заплакать, только бы выдержать».

– Сынок, обещай, что сообщишь как тебе там. Если плохо будет, поставь вверху листа точку. Может, чем помогу?

Саша лишь молча смотрел на меня и кивал головой, а уже перед самым отъездом сказал:

– Мама! Ты у меня – молодец! Как здорово, что ты сейчас здесь.

Автобус уехал, а я еще долго смотрела ему вслед. Возвращалась домой медленно, кусая губы, а слезы ручьями катились по щекам. За ними не видела дороги, потому обхватила руками дерево и дала волю своим чувствам. Кто-то подошел ко мне.

– Вам плохо?

– Нет, спасибо, у меня все хорошо…

С тех пор на людях не плачу, у меня все отлично.

Междуречье. Альманах. Выпуск первый. Дружковка: Литературная ассоциация «Современник», 2001

Добавлено: 20-06-2018

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*