Парень с Кубани

Крайний Север, Колыма. Эти географические названия всегда будоражили мне душу. За свою жизнь немало исколесил по земле и повидал много замечательных мест. Но самое неизгладимое впечатление всегда оставляли люди, с которыми пришлось встречаться.

Я приехал работать в посёлок золотодобытчиков под конец сезона. Стояла чудная северная осень. Ранним сентябрьским утром, идя на работу, с удивлением рассматривал поросшие кедровым стлаником и карликовой березкой сопки.

Первые морозцы «прошлись» по листве деревьев, и они окрасились в золотисто – желтые и оранжево – красные цвета. На фоне этой ослепительной золотистости сопок, невероятно зеленели кусты кедрового стланика.

Переходя мост через ручей, я услышал быстрые шаги позади себя. Обернувшись, увидел парня в спецовке с заправленными в кирзовые сапоги брюками. Он широко улыбался и, подойдя ко мне, протянув руку: представился: «Николай». Его серо-зеленые глаза излучали весёлые искорки. Мне показалось, что человек с такой привлекательной улыбкой и общительным характером должен иметь много друзей.

По дороге в мастерские мы разговорились. За короткое время, пока шли на рабочие места, успели поведать друг другу о своём житье-бытье. До приезда на Колыму Николай работал шофером в одном из совхозов на Кубани, По приезде на прииск освоил специальность бульдозериста и работал на «ДЭТ-250». Проживал он в этом же семейном общежитии, что и я. Любимым занятием были рыбалка и охота, да ещё постоянная наладка старенького «ИЖ-49». Его он десятки раз перебирал по «косточкам», и машина бегала по сопкам.

Весёлый и общительный, Николай, был замечательным рассказчиком охотничьих баек. В первые выходные он пригласил меня на охоту. У меня не было ружья, и он без раздумий дал мне своё, оставив себя за наблюдателя и консультанта. Подсказывал, где вероятнее всего можно ожидать взлёта куропаток. Первая охота выдалась удачной, а Николай удивлялся моему умению бить влёт дичь.

Время летело быстро, и наше знакомство переросло в крепкую мужскую дружбу. Одновременно завели охотничьих лаек. Все выходные и отгулы проводили на охоте в тайге. Ещё до снега построили в дальнем распадке зимовье. Оно стало надежным пристанищем после долгих скитаний по таёжным чащам. Теплый и уютный домик согревал нас теплом печурки, а постели из сена дарили чудный запах и аромат осенней тайги. Горячая пища и крепкий чай поднимали настроение и снимали усталость. Николай, приехавший на Колыму на три года раньше меня, охотно делился со мной всеми тайнами зимней охоты, и рассказывал о коварстве ручьев и рек, казавшихся намертво скованных льдом. Так незаметно пролетело полтора года. Я переехал в другой поселок, но мы периодически виделись с Николаем на охотничьих сборах в райцентре. Делились охотничьими успехами и новинками в снаряжении. Поселок, в котором мы работали с Николаем, перевели в разряд старательской артели, а Николай с семьёй переехал в мой поселок. Время, разделявшее нас, ушло в небытие, а мы, как и прежде стали ходить на охотничий промысел. Вместе отрабатывали охотничьи лицензии, строили новые схроны и зимовья. Пошла обычная охотничья жизнь. Были удачные и не очень охотничьи дни. Но всё сглаживали яркие костры с крепким чаем у горных ручьёв и потрескивание поленьев зимними вечерами в печурках охотничьих домиков.

Летели годы. Со дня нашего знакомства прошло десять лет. Менялись события в стране, да и самой страны уже не существовало. Люди, как перелетные птицы, спешно покидали обжитые места и работу, возвращались в те республики (страны) откуда приехали на Крайний Север. Мне тоже пришлось уехать в Украину. Николай остался работать на Колыме.

Мой отъезд не прервал наших отношений. Мы поддерживали связь через знакомых, приезжавших в отпуск, посылая, хоть и редкие, весточки.

Но в конце девяносто девятого года мне привезли страшное известие. Николай погиб на охоте. Провалился на машине под лёд горной реки. Опытный охотник, проживший в тайге двадцать лет, стал жертвой коварной реки. Тяжело было поверить, и ещё тяжелее понять, как такое могло произойти?! Ведь с первых дней совместной охоты я часто слышал от Николая, как определить места перехода и проезда по замерзшим рекам и ручьям Колымы, как не попасть в коварные наледи или не провалиться в пустотные ямы горных ручьев. Ошибка или оплошность стоили ему жизни!

Осталась добрая память и редкие фотографии, память о хорошем человеке и друге.

Междуречье. Альманах. Выпуск третий. Дружковка: Литературная ассоциация «Современник». Издательство «Офсет», 2004

Добавлено: 06-10-2022

Оставить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*