Пирующие студенты

Друзья! досужный час настал;
Всё тихо, все в покое;
Скорее скатерть и бокал!
Сюда, вино златое!
Шипи, шампанское, в стекле.
Друзья, почто же с Кантом
Сенека, Тацит на столе,
Фольянт над фолиантом?
Под стол холодных мудрецов,
Мы полем овладеем;
Под стол ученых дураков!
Без них мы пить умеем.

Ужели трезвого найдем
За скатертью студента?
На всякий случай изберем
Скорее президента.
В награду пьяным — он нальет
И пунш и грог душистый,
А вам, спартанцы, поднесет
Воды в стакане чистой!
Апостол неги и прохлад,
Мой добрый Галич, vale! *
Ты Эпикуров младший брат,
Душа твоя в бокале.
Главу венками убери,
Будь нашим президентом,
И станут самые цари
Завидовать студентам.

Дай руку, Дельвиг! что ты спишь?
Проснись, ленивец сонный!
Ты не под кафедрой сидишь,
Латынью усыпленный.
Взгляни: здесь круг твоих друзей;
Бутыль вином налита,
За здравье нашей музы пей,
Парнасский волокита.
Остряк любезный, по рукам!
Полней бокал досуга!
И вылей сотню эпиграмм
На недруга и друга.

А ты, красавец молодой,
Сиятельный повеса!
Ты будешь Вакха жрец лихой,
На прочее — завеса!
Хотя студент, хотя я пьян,
Но скромность почитаю;
Придвинь же пенистый стакан,
На брань благословляю.

Товарищ милый, друг прямой,
Тряхнем рукою руку,
Оставим в чаше круговой
Педантам сродну скуку:
Не в первый раз мы вместе пьем,
Нередко и бранимся,
Но чашу дружества нальем —
И тотчас помиримся.

А ты, который с детских лет
Одним весельем дышишь,
Забавный, право, ты поэт,
Хоть плохо басни пишешь;
С тобой тасуюсь без чинов,
Люблю тебя душою,
Наполни кружку до краев,—
Рассудок! бог с тобою!

А ты, повеса из повес,
На шалости рожденный,
Удалый хват, головорез,
Приятель задушевный,
Бутылки, рюмки разобьем
За здравие Платова,
В казачью шапку пунш нальем —
И пить давайте снова!..

Приближься, милый наш певец,
Любимый Аполлоном!
Воспой властителя сердец
Гитары тихим звоном.
Как сладостно в стесненну грудь
Томленье звуков льется!..
Но мне ли страстью воздохнуть?
Нет! пьяный лишь смеется!

Не лучше ль, Роде записной,
В честь Вакховой станицы
Теперь скрыпеть тебе струной
Расстроенной скрыпицы?
Запойте хором, господа,
Нет нужды, что нескладно;
Охрипли?— это не беда:
Для пьяных всё ведь ладно!

Но что?.. я вижу всё вдвоем;
Двоится штоф с араком;
Вся комната пошла кругом;
Покрылись очи мраком…
Где вы, товарищи? где я?
Скажите, Вакха ради…
Вы дремлете, мои друзья,
Склонившись на тетради…
Писатель за свои грехи!
Ты с виду всех трезвее;
Вильгельм, прочти свои стихи,
Чтоб мне заснуть скорее.

<октябрь> 1814

* Vale! – Будь здоров! (лат.)

Сочинения Александра Пушкина. Том 9. СПб.: Типография И. Глазунова и Ко, стр. 337-341, 1841
А.С. Пушкин. Собрание сочинений в 10 томах. Том 1. Стихотворения 1814-1822. М.: Государственное издательство художественной литературы, стр. 250-252, 1959

Ред.: Стихотворение при жизни Пушкина опубликовано не было.
Ред.: По воспоминаниям Ивана Пущина написано Пушкиным во время пребывания в лицейском лазарете и было восторженно встречено его товарищами.
Ред.: Стихотворение пародирует форму популярной элегии Василия Андреевича Жуковского (1783-1852) “Певец во стане русских воинов”. Что характерно, в текст произведения, а стихотворение написано в период начиная со сдачи Москвы французским войскам осенью 1812 года,  Жуковский, от публикации к публикации, вносил изменения, вызываемые ходом военных действий, расширяя и сокращая, добавляя и исключая, характеристики и новые имена российских военноначальников. Упоминание Пушкиным, в своем стихотворении, графа Платова, учасника войны 1812 года, подчеркивает связь произведений.
Ред.: В стихотворении упоминаются следующие современники Пушкина: Мой добрый Галич, vale!.. – Александр Иванович Галич (1783-1848), настоящая фамилия Говоров, преподаватель русской словестности (вторая строфа); Дай руку, Дельвиг! что ты спишь?.. – Антон Дельвиг (1798-1831), поэт, товарищ Пушкина, ленивец и острослов (третья строфа); Остряк любезный, по рукам!.. – Алексей Илличевский (1798-1837) (третья строфа); А ты, красавец молодой, // Сиятельный повеса!.. – Александр Горчаков (1798-1883) (четвёртая строфа); Товарищ милый,  друг прямой… – Иван Пущин (1798-1859) (пятая строфа); Забавный, право, ты поэт… – один из лицейских поэтов, писавший плохие басни, по-видимому, речь идет о Михаиле Яковлеве (обоснование данного предположения смотрите в примечании приведенном ниже) (шестая строфа); А ты, повеса из повес… – Иван Малиновский (1796-1873), сын первого директора лицея (седьмая строфа); За здравие Платова… – граф Матвей Иванович Платов (1751-1818), атаман Донского казачьего войска (седьмая строфа); Приближься, милый наш певец… – Николай Корсаков (1800-1820) (восьмая строфа); Не лучше ль, Роде записной… – Михаил Яковлев (1798-1868), игравший на скрипке (сравнение с Роде – известным, в то время, скрипачом) (девятая строфа); Вильгельм, прочти свои стихи… – Вильгельм Кюхельбекер (1797-1846), неизменная жертва лицейских эпиграмм (заключительные четыре стиха десятой строфы).
Ред.: В раннее опубликованных редакторских примечаниях к данному стихотворению Пушкина (Т.Г. Цявловская и др.) шестая строфа, посвященная лицейскому плохому баснописцу, обезличена. Считаем, что она посвящена Михаилу Яковлеву, и вот почему. Басни в лицее, кроме Пушкина, писали Алексей Илличевский и Михаил Яковлев, которые упоминаются в, первом, раннем, варианте стихотворения с заголовком “Пирующие студенты”. В более позднем варианте, с заголовком “К студентам”, шестая строфа, про плохого баснописца, отсутствует, часть ее начиная с “С тобой тасуюсь без чинов” добавлена к пятой, посвященной Ивану Пущину, стихи посвященные Алексею Илличевскому “А ты, повеса из повес…” (9-12 стих, третья строфа) оставлены без изменений, а девятая строфа “Не лучше ль, Роде записной…” посвященная Михаилу Яковлеву изъята полностью. По-видимому, Пушкин хотел избежать дублирования посвящений; этим и объясняются вышеописанные правки, устраненные, в более поздних редакциях. Разнообразие вариантов редакций стихотворения, три известных, с разночтениями, обусловлено, по-видимому, различными факторами: творческими, подготовкой к печати, цензурными соображениями, местом декламирования, аудиторией слушателей, к которым обращены посвящения.
Ред.: Существует три варианта стихотворения, с разночтениями, выше приведен первый вариант, другой, по-видимому, более поздний, имел заголовок “К студентам”, отличие от варианта “Пирующих студентов”: не которые стихи в строфах и сами строфы поменяны местами, часть шестой строфы добавлена в пятую, также отсутствуют восьмая и девятая строфы.
Ред.: Ниже приведены варианты ранней первой редакции стихотворения.

После стиха “Завидовать студентам” следовало:

Виват, наш дружеский союз!
Виват, виват, студенты!
Ненадобны питомцу муз
Ни золото, ни ленты;
Пускай с профессором седым
Я в сутки час зеваю;
Зато с бокалом круговым
Весь век не унываю.
Виват, веселья бог младой,
Семелы сын румяный!
Виват и пестун твой седой!
Виват… и всякий пьяный!

После стиха “И пить давайте снова!..”:

Друзья! приятен звон струны
Средь радостной пирушки,
Где, влагой пенистой полны,
Стучат веселья кружки.

Добавлено: 22-11-2016

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*