Прекрасна Земля и на ней Человек

(очерк)

Красива и Дружковка. И месторасположение у нее удобное, и название благозвучное. Умели наши предки выбирать места для жительства: в излучине двух рек, окаймленных живописными холмами Донецкого кряжа, появились более двухсот лет назад казачьи курени. Инициатором поселения был, по одному из многочисленных преданий, казак Дружко. Подымался, будто, он с товарищами на судах в верховья Кривого Торца и, очарованный живописными пейзажами, решил основать здесь сторожевой пост для пресечения воровских набегов крымчаков…

А в конце 19-го столетия первозданную тишину здешних окрестностей нарушили паровозные гудки. И на железнодорожной магистрали между Севером и Югом Российской империи выросла станция Дружковка. Вскоре французские и бельгийские промышленники облюбовали здесь место для строительства металлургического завода. Вблизи завода каменные добротные дома для рабочих строили. По тем временам – дворцы настоящие. Все утопало в сирени, саженцы которой привозили из Франции. Улица Сиреневая даже была. А центральная улица именовалась Большой. И украшали ее ажурные металлические светильники – невиданное чудо в здешних краях.

Истинным украшением главной артерии становились новостройки: городская и заводская управы, бездумно снесенные под строительство нынешнего горисполкома, директорский особняк, в котором сейчас поликлиника, и самим Провидением сохраненная от разрушителей архитектурная жемчужина – церковь.

В выходные и праздники люди семьями шли в церковь и, помолившись, переходили улицу – отдохнуть в общественном саду. В саду том, раскинувшемся вплоть до реки, – летний крытый театр, стадион, велотрек…

Не отставали от иностранцев и отечественные предприниматели. Широко известный организатор гастрономической торговли Елисеев обосновал в районе нынешнего KCII «Дружковский» экономию – конный завод. Это было высокоразвитое культурное хозяйство, фасад которого с водонапорной башней украсил бы любой столичный город. Под стать фасаду было и содержимое: жилые дома, склады, конюшни, шорная и фаэтонная мастерские, манеж, где устраивались выставки-продажи ездовых и рысистых лошадей.

Купцы за ними а также за прокатом ехали в Дружковку из крупных центров России и Европы.

А какие были ухоженные поля и луга!

Хлебные нивы, размеченные на десятигектарные квадраты, окружались густым низкорослым кустарником с воротами – шлагбаумами. Таким образом, стада коров и табуны лошадей, пасшиеся на неудобьях, не могли проникнуть на посевы. Живительным ожерельем обрамляли хозяйство каскад рукотворных рыбных прудов и красавец Казенный Торец. На лугах в конце лета вырастали многочисленные причудливые стога душистого сена. А на самом берегу жировали несчитанные стаи кур и гусей, среди которых на особом положении жили для услады глаз павлины, дрофы, голуби…

Последующие революции и войны надолго остановили прогресс и цивилизацию. И только после тяжелейшей победы над фашизмом люди впервые за многие десятилетия начали радоваться и надеяться. Трудились, как пчелы, о хорошей жизни мечтали. И все будто бы на лад шло. Взамен старых тесных трамваев побежали по главной улице новые, просторные. А на середине этой улицы выросло настоящее произведение архитектурного искусства – центральная площадь города.

Удобная и уютная получилась площадь. К тому же очень тихая. Проезжало тогда по ней всего несколько десятков автомобилей в сутки. А в субботу и в воскресенье и вовсе проезд закрывался. И открывалось массовое гулянье. В уголке, где сейчас «Топаз», крутили кино, на месте нынешней автобусной остановки выступали артисты, а с крыльца книжного магазина читали стихи поэты.

С площади, если посмотреть вниз по улице Радченко, открывается величественная панорама дружковских гор. Эти горы буквально спасли дружковчан от голода в послевоенные годы. И помогли построить жилища. Многие старики помнят идиллическую картину, когда с холмов-пастбищ спускались по вечерам тучные стада коров. Из поселков навстречу стадам спешили хозяйки, дети – и в какой-то миг окрестность вдруг взрывалась звонким многоголосьем: «Роза-Роза-Роза-Лида-Лида-Лида!» Так люди, называя своих кормилиц человеческими именами, выражали им свою признательность.

А в недрах холмов лежали накопленные веками строительные материалы: песок, камень, глина, известняк, мел. В районе профилактория машиностроителей был тогда карьер с крупнозернистым, белым, как снег, песком. Никакого сравнения не выдерживают с ним мягкие, как мука, привозные пески.

Но несмотря на царившие вокруг энтузиазм трудолюбие, все больше затягивалось небо туманом, а земля обманом. Ложь, разъедавшая человеческие души, превратила реки в сточные канавы, а взгорья, доносящие в город настоянный на буйном разнотравье воздух, в вонючие свалки.

И пока: «Правды нигде не стало, и отечество на краю гибели. Что ожидает нас впереди, если будет продолжаться такое безверие, такая испорченность нравов, такое безначалие?!»

Эти слова написаны сто лет назад, в разгар первой русской революции религиозным мыслителем Иоанном Кронштадтским. Их не услышали наши деды – и были жестоко наказаны.

Будем же более внимательны к земле, на которой живем.

Междуречье. Альманах. Выпуск второй. Дружковка: Литературная ассоциация «Современник». Издательство «Донеччина», 2002

Добавлено: 16-11-2018

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*