Пулеметчик Кузьмин

Пусть ночь, и огонь, и усталость,
Но враг высоту не возьмет!..
Их двое балтийцев осталось.
Их двое. Один пулемет.

Успеть бы к своим с донесеньем!
— Иди-ка. А я тут один…
В намокшем лесу осеннем —
Один пулеметчик Кузьмин.

Рассвет подымается серый,
И сырость ползет по ногам.
Он ждет. Всё на месте? Проверим:
Патроны. Гранаты. Наган…

Ну, скоро?…
                  Вот ухнул
                                  глухо,
Завыл и ударил снаряд.
Один за другим
                  заухал…
Разрыв за разрывом — подряд…

Он слушает, землю обнявши, —
Сырую, родную, свою, —
Свистят по березам по нашим
Осколки.
                  А птицы — поют!

Вдруг канонада смолкла,
И лес тишиной оглушен.
Выстрел…
                  Полезли, как волки, —
Сразу
         со всех
                  сторон.

Но тут — еще наша точка,
Попробуй, ее возьми!
В поле прицела…
                                  точно…
Огонь, пулеметчик Кузьмин!

И сразу в ответ — автоматы.
Но вражьим рядам —
                                  редеть:
Падают навзничь солдаты
От точных
                  очередей.

Так ленту за лентой.
                                  Пусть жажда
Сжигает
                  Высохший рот,
Пусть каска прострелена дважды, —
Но враг высоту не возьмет!

Он жив еще,
                  значит — не пленник!
Уже
         умолк
                  пулемет,
И нет до сих пор подкрепления…
Но враг высоту не возьмет!

Нету пути другого:
Есть напоследок наган,
И есть еще гордое слово
Испанское —
                  «Но пассаран!»

Вперед же!
                  И — кончим, как надо!..
«Русс,
         сдавайся!»
                  — Бери!—
Рванулась
         в разлет
                  граната
В ответ
         на фашистский
                                  крик.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Бессонница злая, но что мне
Твой перечень горьких утрат?
… За окнами — тихий и темный
Военный
                  мой
                           Ленинград.

А здесь —
                  этот комнатный воздух:
Он пахнет леченьем,
                                  как иод.
Я знаю: сейчас — уже поздно,
Сегодня никто не придет.

Врачи побывали с обходом.
Я в темной палате один,
Один,
         как там
                  с пулеметом
Годок мой — Алеша Кузьмин.

Стукает радио
                          четко,
Как сторож ночной на посту.
Вот завтра услышу в сводке
Про энскую
                  высоту…
— Входите. Вот вам хороший
Сосед по палате.
                                  — Не спишь?
— Не может же быть! Алеша!?
Да ты ж окружен!
                                  Да ты ж…

— Был окружен,
                          да вышел —
Поспела подмога
                           в срок…
— Снова
            твой голос
                           слышу,
Алеша Кузьмин, мой годок.

И снова — нас двое балтийцев.
И знайте, что это — не сон:
Мы вместе пойдем — расплатиться
За эти
         бинты,
                  за все!..

Боевая краснофлотская эстрада. Выпуск III. Политическое управление Краснознаменного Балтийского флота. Культурно-массовый отдел. М.-Л.: Государственное Военно-Морское Издательство НКВМФ Союза ССР. 1-я типография Военмориздата, стр. 3-6, 1942

Добавлено: 20-07-2021

Оставить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*