Сердце в беде мягче

Пьеса в 1-м действии.

Толя, гимназист-первоклассник.
Анна Михайловна, гувернантка.
Адя, ее дочь 7 лет.
Максимка, мальчик-казачек.

Простая комната.
Направо — окно, стол, два стула. Налево — кожаный диван.
На стене географическая карта;
на заднем плане шкаф с книгами и другой шкаф для платья.
Вечер. Горит лампа.

Явление 1-е.

Максимка (Метет комнату). И утром прибирай, и вечером. Насорит барчук — чисто в хлеву, подметать не успеваешь. Попробовал бы сам-то подмести, не стал бы в другой раз сорить. Эхма!.. Избаловался вовсе. Вон — недавно их из училища распустили, он и куражится. Барыня больна; барин старый не идет что-то из Сибири-то… Не захворал бы,         сохрани Бог. Да и дела-то там ноне бедовые. А барчук наш и в ус не дует… (За сценой — шум, возня. Голос Толи: — «А я не пойду, не хочу!»…). Ишь, опять с Анной Михайловной воюет. Ишь, ногами топочет. Ну, и дела у нас пошли! Господи!.. Даве барчук у няни Трифовны платок сжёг да на меня свалил. А потом и смеется, — «как тебе, мол, Трифовна вихры-то намяла». Ну, дела!.. А тут подметай за ним, а у меня у самого рожа-то не умыта день-денской.

Явлеше II-е.

Шум. Дверь распахивается. Анна Михайловна ведет Толю за руку.

Толя (Слезливо, с визгом). Оставьте вы меня, вы мне руку сломаете. Я маме сейчас пойду скажу. Вот что!.. Убирайтесь от меня.

Анна Михайловна (Холодно). Садитесь к столу. Вы будете сидеть здесь весь вечер, пока не надо будет идти спать, и перепишете эту басню четыре раза.

Толя. Не стану.

Анна Михайловна. Вы исполните то, что я вам говорю.

Толя. Максимка! Пошел вон!.. (Максимка пугливо скрывается). Как вы смеете конфузить меня при прислуге?

Анна Михайловна. Кроме того, вы извинитесь потом и перед ним. Садитесь.

Толя. Я хочу стоять.

Анна Михайловна. Садитесь, Толя; так. Успокойтесь и…

Толя. Я уже не мальчишка, я гимназист. Мной нельзя помыкать, а то я и боксом!..

Анна Михайловна (Морщась). Перестаньте!.. Вы так шумите, что мама услышит.

Толя. И пускай… Пускай услышит, как вы муштруете меня. Пускай мучиться будет.

Анна Михайловна. Вы знаете, ваша мама крайне серьезно больна, и всякое волнение ей ужасно вредно.

Толя. Так что же? Вы же и будете виноваты. А я вот нарочно (кричит) а-а-а!..

Анна Михайловна (Зажимая рот). Ради Бога! Молчите… Вы не знаете, что делаете… Вы убьете ее… Малейший испуг, и болезнь возвратится!.. Ну, я прошу вас, успокойтесь, сядьте и пишите; чем скорее напишете, тем лучше для вас…

Толя. Может, папа приедет, задаст он вам перцу.

Анна Михайловна. Ну, хорошо. А пока работайте. Слышите? Вот тетрадь, перо и чернила (Уходит).

Явление III-е.

Толя (Один. Гневно вскакивает, рвет тетрадку). Так на-же вот, злюка! Вот тебе, старая, вот тебе, вот тебе, полюбуйся!.. (Бросает чернильницу на пол, ломает перо, рвет книгу). Вот, полюбуйся, — хорошо?.. (Ходит в волнении по комнате). Да, попробуй справься со мною. Как же! Я еще и курить на-зло тебе буду. Вот что!.. Вот взбесила-то, негодная, себя не помню! Наш учитель, когда рассердится, заложит руки за фалды и все ходит, ходит по комнате взад и вперед. (Заложив руки, ходит из угла в угол). И почему это папа не едет?.. Еще когда письмо прислал, что едет. А его все нет. Фу, как иной раз скучно становится! А тут еще эта Анна Михайловна! Что я ей за мальчишка дался! Право!.. И понять не могу, почему иной раз скучно: нас распустили на Рождество, — чего бы, кажется, не веселиться?.. Разве что — мама больна… Жаль, она бы задала ей здорово!… Ну, да погоди! Я пожалуюсь, живо ее выгоним отсюда. Постой, я знаю, что с тобой сделать. Я тебя напугаю… Как бы это сделать?.. А да!.. (Снимаешь белую скатерть со стола, накидываешь на голову. Опускает свет лампы; на сцене темнеет. Зажигает спичку и, потушив, берет ее в зубы). Ну, вот я и привидение, напугаю ее здорово!.. Как бы только сделать, чтобы поразить ее неожиданно. Ах, да, — в шкаф с платьем сяду, закроюсь, — она войдет, я выйду и зарычу. Бррр!.. Вот потеха-то будет!.. Идет!.. Ну, ладно же, попомнишь ты меня! (Прячется в шкаф и затворяешь за собою дверцы).

Явление IV-е.

Анна Михайловна (Поспешно входит с письмом в руках). Я не могу опомниться… Ах!.. Что это? Какая темнота! Толя, где вы?.. Толя!.. (Подходит к лампе и пускает свет сильные). Опять какие-нибудь шалости… Но где же он?.. Верно, убежал к себе в спальню. Вот балованный ребенок!.. Но что со мною?.. Я не могу понять этого письма: пишет мне сестра: Адя захворала, выезжай сама… пришли двадцать рублей!.. Ах!.. (Плачет, утирая глаза платком). Адя больна… А я ее жду с часу на час, думаю, — вот-вот приедет… Боже мой! Что с нею?… И где взять 20 руб.? Толина мама больна, денег в доме так мало осталось; мне приходится самой экономить… Доктор каждый день… Боже мой, Более мой, что делать?..

Толя (В сторону, высунув из шкафа голову). Плачет… Что такое? Вот диковина, этакая злюка, а плачет. Ну, да поделом ей. Разве сейчас и зарычать? Нет, погожу лучше.

Анна Михайловна. Отчего и как захворала Адя? Что с ней. Господи! Сердце разрывается; так бы, кажется, встала и побежала туда, к ней, к моей милой девочке. А как брошу этот дом? Здесь ужас что будет. И папа Толи поедет… Как бы чего не случилось с ним?.. Едет из Сибири, с войны, все может случиться!.. Больше месяца оттуда нет известий…

Толя. Разве пугнуть?.. А?..

Анна Михайловна (Быстро встает, оборачивается и замечает Толю). А, вы здесь? Что вы делаете там в шкафу? Опять шалости. Ах, Боже мой!..

Толя (Рычит). Урр… (Выходит в скатерти). Урр…

Анна Михайловна. Что с вами?.. Полноте!.. (Отходит к столу и стискивает голову руками). Устала я… Тяжело!..

Толя (Исподлобья смотрит на нее). Ишь, не кричит, не пенится. Что за диковина? (Подходить к ней). Все плачет!.. И как это скучно!.. И мама больна… и папы нет!.. Анна Михайловна!.. (Громче). Анна Михайловна!

Анна Михайловна. Что вы?..

Толя. Мне скучно… И чего вы ревете?..

Анна Михайловна. Оставьте, Толя. Как вы грубо говорите! Неужели вы чувствуете, что хорошо поступили и поступаете?.. Но сейчас мне так тяжело, что и говорить тошно…

Толя. Я слышал, вы читали, что больна у вас Адя какая-то… Слышал, плакали. А потом папу поминали. Ну, мне и взгрустнулось. Анна Михайловна, где папа?

Анна Михайловна. Он приедет, Толя. Он далеко… А Адя, это — моя дочь, девочка; ей семь лет… Мне пишут, она захворала…

Толя. Ну, поправится. А вы не плачьте.

Анна Михайловна. Вот, Толя, какой у вас теперь и тон хороший и какой вы славный!..

Толя (Засопел, отвернулся). Мне скучно, скучно… знаете… Плакать хочется и за себя, и за вас… Скучно… Маму не вижу… Отчего меня к ней не пускают?

Анна Михайловна (Берет его за руку, сажает около себя). Ну, полноте, Толя… не надо! Маму завтра повидаете, вместе к ней пойдем… Я рада, что вы опять такой… хороший…

Толя. Мне жутко стало… Я один… Все сердятся на меня дуются…

Анна Михайловна. А вы что делали-то!.. Посмотрите вокруг себя…

Толя. Я еще вас попугать хотел привидением, да как-то вдруг тошно стало, — не охота…

Анна Михайловна. И не надо, Толя. Поговорим лучше, и легче станет… Я на вас давно дивлюсь; отчего  вы такой… буян?.. Знаете, я три года в селе была, в деревенской школе… Меня дети, моложе вас, как любили! Когда я уезжала, они плакали со мною вместе. А вы — с самого первого дня вы все только смеетесь надо мной, шалости со мной позволяете! Чем я заслужила это от вас?.. Я ведь только работаю с вами… А вы все сторонитесь от меня… Вы видите во мне врага… А как человеку одному быть?!.. Вот вам горько, и мне тяжело; мы сходимся с вами… говорим, друг друга утешаем, и легче, и отраднее становится на душе у каждого из нас… А если бы Адя знала, как вы обижаете меня, ее маму, мне за нее обидно… Но бросим это. Я очень рада, что вы сами пришли ко мне, как большой. Да, в этом само собой сказалось, что вы в самом деле большой. Мне так тяжело теперь, и вам тяжело, но… (В передней звонок). Кто это?.. Господи, как сердце замерло! Как Максимка сломя голову пробежал. Что это! Неужели об Аде опять?

Явление V-е.

(За сценой голос Максимки): «Тута, сидит здесь. А ты иди, цепляйся за меня. И корзиночку я возьму. Да!»… (Входит Адя, за ней Максимка).

Анна Михайловна (С криком). Адя!.. Господи! Откуда, как? Одна и так поздно?.. (Обнимает ее).

Адя. Мамочка, милая моя, дорогая!..

Анна Михайловна. Ну, ну, садись, рассказывай скорее, как, что?.. (Сажает ее на колени). Радость ты моя, ненаглядная!..

Адя. Я захворала. А потом прошло. И тетя меня повезла на машину… И там нас встретил какой-то старик. И тетя его узнала. А он все меня кормил пирожками и конфектами всю дорогу и говорил со мною, как с большой. Он говорил, что тебя знает хорошо и уважает, и у него такая седая борода, а весь он в шубе лохматой… (Звонок).

Анна Михайловна. Кто же бы это был?..

Адя. А это, верно, он. Он сказал, когда сажал меня на извозчика: — «Поезжай, я с вещами догоню тебя». Знаешь, мама, я думаю, — это наш рождественский дедка… Право, право так!..

Анна Михайловна (Про себя). Так неужели это он?..

(Максимка пробегает по комнате с пледом и саквояжем).

Максимка. Анна Михайловна! Старый барин приехал! То-то барыня обрадуется.

Толя (Срывается). Папа!.. Папа!.. Милый!..

(Занавес).

В досужий час. Детский альманах. Сказки, рассказы, пьесы, стихотворения, басни, очерки, шутки, занятия, игры, шарады, ребусы, загадки и проч. Составил А. А. Федоров-Давыдов. С 147 рисунками в тексте. 2-е издание. М.: Издание книжного магазина Лидерт. Типо-литография И. И. Пашкова. 1904
Давайте устроим театр. Устройство театра. Наш театр и мой первый дебют. Пьесы. Приложения: образцы декораций и костюмов. Составил А. А. Федоров-Давыдов. М.: Издание редакции журналов «Светлячок», «Путеводный Огонек», «Дело и Потеха». Типография товарищества И. Д. Сытина, 1906

Добавлено: 25-03-2017

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*