Славный внучек

I.

Дедушка-медведюшка жил в темном лесу в полное свое удовольствие. Целый день гулял по лесу, малиной лакомился, муравьев лизал, а то и медом у диких пчел пользовался. Медведь умный, находчивый был.

Берлога у него была чудесная, — глубокая, теплая: завалишься в нее, и кажется, вся земля от тебя прочь отошла, и остался ты один-одинешенек в тепле да в холе…

Привык дедушка-медведюшка один в лесу жить, и лучшего себе желать не мог. А тут, как на грех, родственник у него появился, — маленький медвежонок, сирота, — родной внучек.

Мать его, медведицу, охотники убили, — а он убежал и спрятался, так что его не нашли.

Вот он и явился к дедушке-медведюшке и обо всем ему доложил. Что ж старому медведю делать, — не гнать же его прочь? И чужого медвежонка не прогонишь, а своего-то родственника и подавно.

— Что ж, — говорит дедушка-медведюшка, — ежели такая оказия вышла, — живи со мной, Косолапик!.. А вырастешь, — не прогневайся: прогоню тебя прочь, — и живи, как знаешь!..

Медвежонок на первых порах такой вежливый был:

— Спасибо, дедушка, — говорит, а на глазах слезы.

Что ты с ним делать станешь? Известно, жалко!..

Вот и зажили дедушка-медведюшка с Косолапиком вместе, — только с той поры старому медведю прежнего покоя уже не было. И накорми малыша, и напой, и спать уложи, и песенку спой. А утром — облизывай ему шерстку… Без этого никак нельзя обойтись, — а то вовсе шершавый медвежонок будет…

Вот сидит дедушка-медведюшка, лижет шерстку медвежонку, мурлычет песенку:

«Уж ты спи, усни,
Косолапик мой, —
И один глазок закрой,
И другой закрой, пожалуйста!»

А сам думает: «Вот связал меня по лапам, косолапый!.. Прошло, знать, мое житье-бытье вольное!..»

А больше всего дедушку-медведюшку сердило, что ни к чему, кажется, медвежонок не был способен.

Дедушка дрова колет, — а Косолапик на бревно верхом сядет и воображает, что он на лошади катается:

— Но, но, — кричит, — Сивка!..

Дедушка на добычу ходит, а Косолапик барином в берлоге лежит и в ус не дует… Принесет дедушка еды, — Косолапик покушает досыта и спать уляжется. Только ему и заботы…

Само собой, в иную пору дедушка-медведюшка рассердится, хлопнет медвежонка по затылку, — а тот и разревется. Ну, после этого еще утешай озорника…

Балованный был; известное дело, мать набаловала на дедушкину шею!..

Думает-думает, бывало, дедушка, кряхтит-кряхтит да и махнет лапой… Ничего-то путного из шершавого озорника не выйдет!.. А главное — почтительности никакой!..

II.

Вот только и надумал как-то дедушка-медведюшка внука своего испытать.

«Сем-ка, — думает, — спрячусь я от него… Пускай он один на воле поживет… Вот он тут-то всплачется!.. После того — вот как уважать меня будет!..»

Рано поутру встал как-то медведь, пока медвежонок еще крепко спал, взлез на высокое дерево, уселся на ветвях и ждет, что дальше будет.

А медвежонок проснулся, вылез из берлоги.

— Дедушка!..  — ревет. — А, дедушка!..

Медведь — ни гу-гу. — Ладно, мол, — не так еще обо мне, своем кормильце, взвоешь!..

А медвежонок потянулся и поплелся в лес. Подошел к муравейнику, сел около него, лапы на него положил, — и как только муравьи на лапы полезли, он их и слизнул.

«Ишь ты, — думает медведь, глядя на внука, — и где он этому обучился?..»

Потом видит медведь, — стал медвежонок корни рыть да глодать… И опять подивился: «И шустер же, малыш!.. Сердце, на него глядя, радуется!..»

Пожевал медвежонок корешков, пожевал почек с кустарника и поплелся дальше в лес.

«Ну, — думает дедушка, — посмотрим, что дальше будет!..»

А уж ему самому и трудно, и скучно на дереве-то сидеть, и есть до-смерти хочется.

Да все охота ему — внука проучить!..

Немало времени прошло: уж дедушка-медведюшка с голоду да тоски и вздремнуть успел, как послышался треск валежника, поступь тяжелая.

Глянул медведь старый вниз, — и ахнул. Идет Косолапик герой-героем, — в зубах зайца держит, а лапой к груди целый сот прижимает…

И как увидел это дедушка-медведюшка, растерялся он и обрадовался: про все на свете позабыл — и рухнул на землю с дерева… Косолапыш даже в сторону отскочил от страха и неожиданности…

— Дедушка, — говорит, — да никак это ты? Откуда ты, словно желудь с дуба, свалился?..

Смутился дедушка-медведюшка, — однако, скоро оправился.

— А я, — говорит, — все тебя всюду искал, внучек… Вижу дерево, и взобрался, чтобы тебя высмотреть!.. А и молодчага же ты, Косолапчик!.. Видно, из капкана зайца-то вытащил?..

— Из капкана, дедушка!..

— А мед-то — из дупла, значит?..

— Из дупла, дедушка! Я его давно высмотрел!..

Облизнулся старый медведь, вздохнул и говорит:

— Проголодался, внучек, я очень! Не дашь ли ты мне хоть одну заячью ножку?..

А Косолапин протянул ему всего зайца и говорит:

— Да кушай, дедушка, на здоровье… Я-то уж сытехонек!.. А это я для тебя припас!..

Тут старый медведь прослезился даже и Косолапина ласково по загривку потрепал… А Косолапик и говорит:

— Ты вот что, дедушка, — закусывай поскорее, да и пойдем с тобой пока подальше отсюда. Потому что видел я недалеко отсюда человека и собаку при нем; и вспомнил я, как у меня мать убили… Так боюсь я, — не было бы этого же теперь и с нами!.. Уйдем отсюда в лес подальше, пока беда мимо не пройдет!..

Тут уж дедушка-медведюшка прямо-таки разрыдался:

— Косолапик!.. — бормочет, — ненаглядный ты мой!.. Соколик ты мой!.. Благодетель мой!.. Совсем ты меня, старика, победил… И умен-то ты, и сметлив ты, и сердце у тебя доброе, жалостливое, — а это дороже всего…

Покушал дедушка-медведюшка, полакомился и медком, а потом они в самую глухую чащу забрались и от охотника спрятались.

А как беда мимо прошла, — вернулись они в родную берлогу и зажили припеваючи, словно братья родные, нежные, любящие друг друга…

Вон, посмотрите издали: дедушка кладь на салазках везет, а Косолапик ему помогает, — сзади изо всех сил салазки подталкивает…

Сказка за сказкой. М.: Типография Печатник, 1915

Добавлено: 04-11-2016

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*