Торжество св. Григория Паламы

      (Третье воскресенье Великого поста).

Ярче звезд полуночных, на небе сияющих,
Блещет в церкви Божией множество светил,
С светом невещественным отблеск свой сияющих,
Что Христос по времени, в мире засветил,
По своем божественном на земле явлении,
И по совершившемся крестном искуплений.

Звезды в небе светятся, холодно блестящие,
То мерцают трепетно, то их не видать;
Их лучи за облаком могут пропадать:
Звезды же разумные, в мрак не заходящие,
В вековом сиянии держит благодать.

Тайна дивных подвигов, миру не явленная,
Чудно открывается, и святыню дел,
По кончине праведных, познает вселенная,
Исполняя славой их весь земной предел.
Вносится преданием, в письмена истории,
Поздним поколениям, в вековой завет!
Церковь днесь уставила по святом Григории
Память светозарную править, с давних лет,
Чествуя особенно похвалами многими
Фессалии пастыря, «славного в отцах:»
Все святые, бдением и постами строгими
Искони, за подвиги, славятся в концах!

Начиная поприще плоти умерщвления,
Подвиг покаяния и великий пост,
Как ступени правые духа восхождения,
От земного берега — через пропасть — мост
К тихому пристанищу, обретают верные
В службе древним постникам — образцы примерные;
Чествуется в гимнах им всякая страна,
Граждан царства вечного место воспитания!
Церковь всех угодников памяти верна, —
Почему особенно чина почитания,
В третье воскресение, близ среды — поста,
Града Фессалийского пастырь сподобляется?
В торжество Григория тайно прославляется
Чудное величие имени Христа.

В имени Иисусовом власть непобедимая,
Сила сокровенная внутрь заключена,
Ею разоряется тьма непросветимая,
Ею упраздняется ад и сатана.
Кающийся искренно, с сердцем ум разрозненный
Во едино целое сочетает в нем:
Бог мирится с плачущим, — и бежит злокозненный,
Опален наития Божия огнем.

Таковое таинство умного трезвения
Совершало истинных, сильных христиан;
Ум святых безмолвников, светом откровения,
В теплоте молитвенной, весь был осиян;
Вместо падших ангелов, лики преподобные
Восставали воинством, из пустынь своих, —
Заметались в трепете демоны всезлобные,
В неусыпном бдении, ангелоподобные,
Именем Иисусовым изселяли их!
Им притона не было, ни в странах обительных, —
Ради многих праведных, — ни в местах пустых:
Утверждаясь старцами, в правилах спасительных!
Множилось собрание, знатных и простых, —
И в мирских селениях, — христиан действительных!
Были мужи дивные, Божии рабы,
Между воеводами, между царедворцами,
В бранях предводители, — дома миротворцами,
Тверды в прохождениях мира и борьбы.

Так родитель чтимого, все века, Григория,
Муж совета царского, Комит Константин
Погружался в таинства (как гласит история)
Умного видения, и — не он один!
Семьи христианские, как сады цветущие,
Приносили Господу изобильный плод;
Духом напоенные, дерева растущие
Красовались в отраслях, и крепчал их род.

Константином праведным в чистоте воспитанный,
Сын его всю жизнь свою Богу посвятил:
Мир оставив в юности, инок был испытанный,
Преуспев в деянии, муж духовных сил,
Он достиг в высокую степень восхождения;
В жизни созерцательной, в таинстве видения,
Высотою разума всех превосходил.

В дни царя великого Андроника верного,
Церковь плодоносием во святых цвела;
Вдруг из адской пропасти вновь находит мгла!
Варлаама хульника, старца лицемерного,
Зависть сатанинская в силу облекла:
Подкопать священное веры основание,
Выкрасть у избранников, освященный меч:
Имени Христова в сердце призывание,
Лжеименным разумом навсегда пресечь!

Скрыто, под наукою ложно-философскою,
Калаврийский выходец, в шкуре овчей волк,
На молитву умную, с мудростью бесовскою,
Выпустил, в посланиях, свой лукавый толк:
Посвященных, в старчестве строгом, умозрению
Называл прельщенными — изощренный льстец,
Самый образ подвига предал подозрению, —
И пустил неистовый мутных лжей поток,
С запада на Грецию, и на весь восток!
В церкви, и обители, и в пустыню дальную,
Духом возмущения татебно проник,
Угнетать безмолвников жизнь многострадальную!
Но восстал помазанник Божий Андроник,
На защиту истины, царским благочестием,
Пригласил святителей с церкви снять укор,
Обличив наветника. На борьбу с нечестием
Славного Григория вызвал на собор.

О! святое зрелище! Царь — среди святителей,
Зрится, вне величия, без чинов и слуг,
И — безмолвно слушает — ученик учителей,
Преклонив достоинство царственных заслуг!

Еретик является, с дерзостным надмением,
Мечет злые вымыслы, точит, как ножи,
«Словеса лукавствия», — мнением над мнением,
Хитро тонкословствует, в путанице лжи….
Вдруг — он, неожиданно смолкнув, прерывается:
Изо уст Григория огненным мечом,
Благодать обильная с них преизливаетя,
И во свете истины блещет тем лучом,
Под которым явственно прелесть открывается!

Заградив безумного хульные уста,
И предав отступника церкви отлучению,
Совокупно с старцами, именем Христа, —
Завещал последовать древнему учению
Доблестный Палама — Божий человек —
Имя Иисусово прославлять во век.

Собрание сочинений в стихах Елисаветы Шаховой. Издал внук автора Н. Н. Шахов. СПб.: «Екатерининская» типография. Отдел II, стр. 112-115, 1911

Добавлено: 13-10-2019

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*