Три ворона с острова Удреста

(Норвежская сказка).

Жил да был бедный рыбак Исак со своей женой и детьми в полуразвалившейся избушке. Только и было у него из имущества — что коза да старая барка.

Да не роптал Исак на свою долю и жил, не тужил, работал с утра до ночи, детей кормил да Бога славил.

Жил он на острове Феро, у самой бухты, где море было тихо и спокойно. А на эту бухту давно зарился богач, сосед Исака, и все думал, как бы ему Исака отсюда выжить.

Вот раз выехал Исак в море на ловлю; поднялась буря, — и унесло его далеко в открытое море. А как стало его барку водой заливать, Исак всю свою добычу и побросал за борт, чтобы сама барка не затонула.

И слышит он вдруг чей-то громкий, тоскливый крик, — слышит его сквозь рев ветра и грохот бьющихся друг о друга волн… Посмотрел он вокруг себя и видит: плывет по морю мачта, а на мачте сидят три ворона и жалобно-жалобно каркают… Хотел он к ним подойти, да волнами отнесло его барку в сторону, впору только самому на барке усидеть… Только он этого дела так не оставил, схватил весло, стал на воронов барку править. «Как же, — думает, — так им и погибать?..»

Долго бился он, так что из-под ногтей у него кровь брызнула, а добился своего, — доплыл до мачты и снял воронят с нее. А они — слабенькие, летать не могут, только рты разевают. Младенцы сущие. Исак их накормил хлебом, обогрел, рядком уложил и тулупом накрыл.

— Спите, — говорит, — глупыши, обогревайтесь.

И сморили самого рыбака усталь, голод и тоска, и забылся он тут же, на барке, забыв все — и опасность, и горе, и гибель свою неминучую.

И вдруг словно толкнуло его, словно барка на подводные рифы налетела.

Вскочил Исак, глядит, — буря прошла, солнце на безоблачном небе ярко-ярко горит… А перед ним чудный остров, весь залитый роскошной растительностью…

И вспомнил тут рыбак, что ходит в народе такое поверье, будто есть в их море особые заколдованные острова, с чудной растительностью, где пасутся тучные стада, и только, вместо людей, добрые духи живут на них. И никто, кроме добрых и хороших людей, никогда не видит этих островов, да и хорошие-то люди видят их только в минуты смертельной опасности…

Чудесные острова Удрест сами собой выходят из моря на тех местах, где никогда дотоле никакого клочка земли не было, а кто достигнет такого острова, — тот становится счастливым и спасается от всякой напасти и смерти.

— Вот и правду говорят про острова-то; это, наверно, Удрест! — пробормотал Исак. — Слава Богу, теперь я спасен и буду счастлив!..

Хотел он воронят достать, скинул с них кафтан, а их и след простыл.

Подивился Исак на то: то рты разевали да глазами беспомощно хлопали, а тут, поди, какие прыткие, словно сквозь дно барки в глубь моря ушли!..

И видит Исак, что перед ним — золотистая, пышная нива, а через нее змеится ровная тропочка, и ведет она прямо к хижинке; на дерновой крыше ее стоит белая козочка с золотыми рожками, подле хижины на пеньке старичок сидит, — сам в голубом камзоле, а борода седая всю грудь ему закрыла.

— Будь здоров, Исак! — говорит.

— Здорово, дедка! Где это я?

— А на острови Удресте, Исак.

— А ты меня знаешь, дедка?

— Как не знать, — усмехнулся старичок, — переночуешь у меня нынче, что ли? Только вот дети мои крови христиан не терпят. Ты видел их?

— Нет, дедушка, я только трех воронов в море повстречал.

— Это-то они и есть, — сказал старичок. — Ну, пойдем в хижинку.

То-есть, что за чудо было в этой невзрачной с виду избенки! А на столе всякой вкусной снеди было столько понаставлено, что глаза разбегались… И сколько Исак ни ел, сколько ни пил, — ни еды ни питья на каплю не убывало.

Вдруг слышит: шум, крик, суматоха с надворья.

Испугался Исак, а три сына старика, три ворона, и входят в избушку. Сели пить, есть, усадили Исака с собой и скоро так с ним подружились, что порушили на утро все вместе выехать на рыбную ловлю, чтобы Исаку можно было свезти домой добычу. На утро буря поднялась пуще прежней, но они все-таки выехали в море. Один ворон стал у паруса, другой — у руля, а третий — на носу барки… Что это было за плаванье!.. Как помешанные, стрелой мчались они сквозь ураган и волны, смело прорезая их, и парус у них не рвало, не трепало, и лодку не опрокидывало. А когда утихла буря, то стали они рыбу ловить.

И так они умело взялись за дело, что просто не успевали и рыбу вытаскивать… Насилу барка их доплыла до берега…

Выкинули они рыбу на песок, стали чистить ее, промывать, и повесили сушить и вялить ее. И досталось на долю Исака три целых корзины с верхом.

Все было хорошо, да тосковал Исак по своем родном угле, тосковал по своей трудовой, бедной жизни, по своим ребятишкам, которые нужду терпели в то время, как он здесь благодушествовал.

Понял это добрый старик, снарядил ему новую, большую барку, нагрузил ее мукой, сукном, разным товаром и говорит:

— Поезжай домой, проведай своих. А весной приезжай к нам сюда снова. Мы пойдем с тобою в Берген и продадим и нашу рыбу и твою.

— Спасибо, добрый человек, — сказал Исак, — а как мне найти тогда твой остров?

— Правь свою барку за вороном, когда увидишь, что он летит перед тобой. Ну, прощай!..

И только Исак от берега отчалил, сразу заволокло серебристым туманом остров, и не стало его вовсе видно…

Вернулся Исак домой, — столько тут радости было, что и сказать невозможно и времени нет.

Только весна настала, снарядился Исак к старику в гости снова.

Едва выехал он один в открытое море, — откуда ни возьмись, налетел на него ворон и понесся перед носом его лодки…

И вскоре обрисовались вдали, в тумане неясные очертания сказочного острова Удрест. Исак не успел подумать о нем, как барка его пристала к берегу…

У старичка уже все было готово к отплытию, и корабль он себе устроил такой величины, что на нем можно было заблудиться, и с одного края до другого никого во весь голос дозваться нельзя было. Это был дремучий бор из мачт и снастей.

Стали рыбу грузить, — день и ночь работали. Но сколько ни грузили, все рыбы наловленной не убывало.

А как прибыли в Берген да продали всю рыбу, которую с собой привезли, тут уж столько денег набрали, что пересчитать их не могли, а прямо веслами на кучи делили…

— Ну, — сказал добрый старичок Исаку па прощанье, — купи теперь себе яхту хорошую, всяких рыболовных снастей и поезжай домой. И как поступал ты, так и поступай: ты одному поможешь, поддержишь его, — тот другого ободрит, а те двое еще двоих поддержать… Будут люди друг за дружку держаться, друг друга из беды вызволять, — не станет у вас места случайной беде да горю. А особенно слабых не оставляй… И помни, что некто невидимый за тобой следить будет, и как зло в тебя войдет, некто тебя покинет и с собой все твое счастье, все довольство уведет…

Вернулся Исак домой богатый, веселый и до конца дней жил так, как его старичок, воронов отец, учил.

Вешний поток. Рассказы и очерки А. А. Федорова-Давыдова. М.: Типография Товарищества И. Д. Сытина, 1912

Добавлено: 25-02-2019

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*