Царица-Гусляр

Сказочная пьеса в 3-х картинах.

Участвующие:

Царь Авдей.
Царица-Гусляр.
Хан Мамстрюк.
Тюремщик.
Мамка.
Боярин Орлай.
Годун, гонец.
Девушка Чернавушка.
Скоморох Терешка.
Визирь хана Мамстрюка.
Рабы. Стража. Сенные девушки.

Картина первая.

Терем царя Авдея.

I. Царица-Гусляр. (Одна).

Царица-Гусляр. Измучилась я, истомилась. Который день нет вестей от царя Авдея!.. Ужели что недоброе с ним приключилось?

Выходил на нас войною
Бессерменский хан Мамстрюк
И грозил он нам бедою,
С ним — орда покорных слуг…
Ой, тут горюшко настало!
Закручинился народ;
Думал царь о нем не мало
И велел сбирать поход…
Много силы было в войске,
И поклялся царь мечем:
— «Я разделаюсь по-свойски
«С неуживчивым врагом!»…
Да не в добрый час собрался,
Видно, царь-то на войну…
Ну, как он в полон попался?
Ну, как он теперь в плену?..

Не изживу я горя такого… Куда я денусь без него? Жили мы с ним в добре да в согласии; за что такая напасть на нас налетела нежданно-негаданно?..

 

II. Входит Мамка.

Мамка. Никак плачешь, матушка государыня?.. И, полно, авось, Господь милостив.

Не тумань свои очи ты ясные,
Погляди веселее вперед;
Оттопи свои думы напрасные:
Может, царь-то с победой придет…

Царица-Гусляр.

Ох, томит меня горе горючее,
Чует сердце недобрую весть…
Налетела беда неминучая,
А и как ту беду перенесть?

Мамка. Ох, ты, матушка-печальница!.. Все-то вы таковы!.. Только малость затучится впереди, а вы и в слезы, а вы и просвету себе не видите!.. А ты, матушка, встряхнись, духом-то не падай!.. Этак хорошего не будет… Под лежачий камень, слышь, и вода не бежит… Хоть море слез-то горючих выплачь, а толку в том мало!..

Царица-Гусляр (Оживясь). И то правда, мамушка!..

Мамка. Верно, болезная!.. Пришла беда, — отворяй ворота; ну, а головы ей не подставляй, — все равно не помилует, вдостоль тебя пришибет. А ты себя в руки возьми да на-кулачки выходи с ней драться!.. Вот она и отступится от тебя, вот она и уйдет, несолоно хлебавши!.. Потому беда да горе зря хорохорятся да над людьми величаются. А не подайся им, выйди-ка против них, — они же со стыдом от тебя уйдут. Ребята трусливые…

Царица Гусляр (Весело). Спасибо, мамушка!.. Вот мне и легче стало!.. Кликни-ка мне девушку Чернавушку. Пусть она меня потешит, — песенку споет да попляшет…

Мамка. Вот это так, матушка!.. (Машет рукой в дверь и кричит за сцену). Девушка Чернавушка! Иди сюда, государыня тебя кличет!… Да и Терешку-скомороха кликни сюда тоже!

Девушка Чернавушка (Из-за сцены). Ау!..

Мамка. Ох, деревенщина!.. Чисто в лесу!.. Не поймет, что в хоромах царских!..

Царица-Гусляр. Не тронь ее, мамушка, она у нас славная!

 

III. Входят Девушка Чернавушка и Терешка.

Девушка Чернавушка (Низко кланяясь). Что угодно будет приказать, матушка царица?..

Царица-Гусляр. Потешь меня, Чернавушка, разгони мою грусть-тоску, — спой мне песенку да попляши!..

Терешка. Белугой, милая, стерлядью певучей воспой!..

Девушка Чернавушка. Отстань!.. Изволь, государыня!..

 

Интермедия.

Девушка Чернавушка (Поет).

Вечерком красна-девица
Шла на речку за водой…
А и видит, — полем мчится
Воевода молодой…
— «Эй, Чернавка, будь здорова!
Гаркнул батюшка с коня. —
«Ты красива, черноброва,
«Хочешь замуж за меня?..
«Воеводшею ты будешь,
«Богачихой хоть куда!..
«И в довольстве позабудешь,
«Что такое и нужда!»…
Но Чернавка отвечала:
— «Нет, куда нам в бары лезть?..
«И просватана давно я
«За другого, ваша честь!..
«Хорошо, коль точно знает
«Свой шесток в печи сверчок;
«Да и каждому бывает
«Люб родимый уголок!»…
Воевода злится, злится,
А Чернавке — трынь-трава,
Его злобы не боится,
Потому, — она права…

(Пляшет. Если есть лишние артисты, устраиваются общие танцы).

Царица-Гусляр (Смеясь). Спасибо, Чернавушка!.. Разутешила ты меня!.. А ты, Терентий, где это пропадал?..

Терешка.

Я-то?.. Я на камушке сидел
Да во след царю глядел,
Как он шел с своей дружиной
С татарвою воевать…

Потому, матушка-государыня, мне от государя вот как досталось: ведь он собаками затравить указал меня, батюшка.

Царица-Гусляр. А за что?

Терешка. А за то, матушка-государыня, что я правду сказал. Ведомо ли тебе, что как подступил к нам Мамстрюк, царь не хотел воевать с ним, думал миром поладить. Ан, воеводы-то у него себе на уме. Им, вишь, охота воевать; ну, они на свою сторону дело-то и стали гнуть, царя-то и уговорили. А сунулся я, — нас прочь гонят!.. А кабы нас, худородных людишек, слушались, — вернее бы дело-то было… А теперь вот и быть худу, и быть беде!..

Мамка. Тьфу!.. Тьфу!.. Типун тебе на язык!.. Чего разинул каркало-то?.. Вот я тебя!..

Царица-Гусляр. Оставь, матушка!.. От слова не сбудется… А Терентий-то прав… Чует мое сердце недоброе!.. Чу!.. Что это’?.. Никак кольцо у ворот гремит… Кто такой стучится?..

Мамка (Смотрит в окно). Верховой, никак… Что за притча такая?.. Э, да это царев конюший Годун, никак!..

Царица-Гусляр. Ох, сердце даже упало!..

 

IV. Входит боярин Орлай

Боярин (Низко кланяясь). Будь здорова, матушка-государыня!.. А я к тебе с докладом.

Царица-Гусляр. Что случилось, Федорыч?

Боярин. Да неладные вести, государыня. А только ты не пугайся!.. Никто как Бог!.. Дозволь гонцу войти к тебе!..

Царица-Гусляр (Дрожа, бледнея). Что такое сталося?.. Пускай войдет.

 

V. Входит гонец.

Гонец (Кланяясь). Государыне матушке-царице здоровья на многие лета.

Царица-Гусляр. Что случилось?

Гонец. Беда, матушка!.. Прислал меня к тебе царь Авдей… Попустил Господь, разбил хан Мамстрюк нашу рать, захватил в полон многих воевод, а с ними и самого царя…

Царица-Гусляр (Закрывает лицо руками). Ох, недаром чуяло мое сердце горе-то!.. (Плачет).

Мамка (Нежно обнимая ее). Экое горе какое!.. Не плачь, матушка, одумайся, родная!.. Повремени, обсудим, обладим все дело. И то хорошо, что жив батюшка!..

Гонец. Не крушись, матушка-государыня. Мы за тебя, малые да серые людишки, постоим еще!..

Царица-Гусляр. Спасибо, мамушка!.. Добра ты!.. И тебе спасибо, добрый Годун!.. Без вас бы нам… без малых, серых, куда как тошно было бы…

(Занавес).

 

Картина вторая.

Роща. Дорога; у дороги сидят Царица-Гусляр в поддевке, в шапке,
с остриженными волосами и Девушка Чернавушка, тоже одетая пареньком.

I.

Девушка Чернавушка. Ох, боязно матушка-царица, в лесу-то одним!..

Царица-Гусляр. И, полно, чего бояться?.. Тихо тут, никто нас не тронет!.. Кому мы нужны?

Девушка Чернавушка. Ох, не дело ты, матушка, задумала!.. Статочное ли дело тебе одной во вражий стан к хану идти?.. А дома-то, поди, по нас иску-то, иску что было!..

Царица Гусляр. Как же иначе? Нельзя же было наших в беде оставлять, в полону у хана.

Девушка Чернавушка. А что же ты сделаешь с ними одна-то?

Царица-Гусляр. Я?.. Я их всех освобожу… Вот увидишь… (Ладит гусли и поет).

Глубоки омутины топучие
И тяжел кременистый мой путь,
И пески страховиты сыпучие,
А пройдем через них как-нибудь…
Давит грудь мое горе душевное,
В сердце грусть глубоко залегла;
Моя горькая доля плачевная
На подмогу в беде повела…
Много люду в неволюшке тягостной
Там томится и радости ждет…
Да явлюсь я к ним с весточкой радостной,
И душа их опять оживет!..

Девушка Чернавушка (Плачет). Хорошо ты, матушка, поешь, до сердца забирает. Будь я ханом, кажется, все бы по-твоему сделала за одну за такую песенку!.. А только чудится мне, что тебя и слушать-то не станут, а прикажет хан растерзать тебя, по широкому полю косточки твои разметать; да и меня в придачу на муку-мученскую поведут…

Царица-Гусляр. Не знаю, девушка!.. Может, и такт, станется. А ты сама виновата: зачем со мной увязалась? Уж я ли тебе не отговаривала идти со мной?.. Сидела бы дома в светелке, и любо тебе было бы!..

Девушка Чернавушка. И, полно, государыня! Что это ты говоришь только! Да разве я не крещеная? Разве могу я тебя в горе, да беде одну бросить?.. Куда ты, туда и я за тобой. А что оторопь меня взяла, — так и есть от чего. Глянь, всюду следы понатоптаны; люд чужестранный ходит, нас, русского человека, словно зверя, выслеживает… Неровен час, и пришибут тебя где-нибудь под кустом.

Царица-Гусляр. Ну, Чернавушка, что об этом тужить, — Бог не выдаст, и свинья не сесть.

Девушка Чернавушка. Правда твоя, государыня, а так-то страховито все-таки!.. Чу!.. Слышишь, гомон, топот, крики? Ой, боязно, родимые мои, желанные!..

Царица-Гусляр. Слышу и то!.. Ну, что-ж, Бог попустит, так на то Его воля!..

Девушка Чернавушка. Идут… Идут сюда!.. Батюшки!.. (Прячется за кусты). Иди сюда, государыня!..

Царица-Гусляр. Чего мне хорониться? Хуже-то не будет… Мне без царя Авдея и на свет Божий глядеть тошно!

1-й голос (за сценой). Э!.. Тут следы!..

2-й голос. И точно!.. В рощу идут…

1-й голос. Лови поодиночке, так лучше!..

Девушка Чернавушка. Господи! Страсть-то какая!..

 

II. Входит визирь Сулейман и четыре воина.

Визирь. Сюда идите… Мы их выследим. Эти люди, наверно, подглядывают за нами… Ага!.. Вот они!.. Погодите, я поговорю с ними сам, я их говор знаю хорошо. Стойте, ни с места!.. Эй, вы, люди!.. Кто вы такие?.. Откуда сюда к нам попали? А? Ну, сказывайте, а то все равно пощады вам не будет. Кто вы?

Царица-Гусляр. Мы-то, что-ль?

Визирь. Ну, да, вы?.. Кто такие будете?

Царица-Гусляр. Да так, прохожие… Скоморохи, батюшка!..

Визирь. За нами подглядываете? Нечего!.. И так плохо ваше дело… Всю вашу область разорили на-тло.

Царица-Гусляр. И, что ты, батюшка. Где всю-то? Не больно заглатывай, — неровен час, подавишься!..

Визирь. Что?.. Что ты говоришь? Мы вашего царя в полон взяли. Он у нас служить будет!..

Царица-Гусляр (Гневно). Молчи ты, татарская… Ох, прости!.. Не гневайся, батюшка, а только напраслину ты на него взводишь.

Визирь. Не напраслина, добрый молодец! Царь Авдей в кандалах, как последний холоп, у нас работает.

Царица-Гусляр. Мало ли какое испытание Господь человеку посылает…

Визирь А вы вот что, люди добрые, идите-ка на нашу сторону; что больше народу, то и лучше. Чего голодать-то у себя? А у нас сытно и весело; гуляй, жги, топчи все, тащи себе, что тебе ни полюбится!..

Царица-Гусляр. Мы, батюшка, люди русские, нам твоему могуществу служить зазорно.

Визирь (Гневно). Зазорно?.. Нашему великому хану служить зазорно?.. Да как ты смел мне такое слово молвить?!.. Эй, Дуван!.. Закуй их в кандалы, отведи в стан, а ужо и их поставь на работу, и на самую тяжелую работу. А я о них самому великому хану доложу!..

Тюремщик. Так, мой всемилостивейший повелитель!.. (Уводит странников).

Девушка Чернавушка (Уходя). Вот и попались!.. Обломаем теперь мы руки на работе!..

Царица-Гусляр. Не тужи, нам худа не будет…

(Занавес).

 

Картина третья.

Та же декорация. Стоят палатки; стал хана Мамстрюка.

I.

Хан (Сидит на камне, покрытом богатым ковром. Перед ним рабы держат блюда и кувшины. Хан обедает. Рядом стоит визирь).

Хан. Хвала Аллаху! Мы снова победили упрямых мужиков. Скажи, Сулейман, видел ли ты когда-нибудь более блестящее сражение?

Визирь. Великий государь! Аллах подает ее не всякому, но избранным.

Хан. Но нам нельзя долго мешкать. Надо идти дальше и бить их, пока они еще не опомнились. Расставлены ли у тебя пленники на работы?

Визирь. Как указано тобою, великий государь. Они строят мост через реку. Работа тяжелая…

Хан. А их царь?

Визирь. По твоему наказу и он, и его воеводы поставлены на самые тяжелые работы. Они носят камень, вырывая его руками из земли. И все время за ними следит стража и угрозами не дает им отдыха… Кровавый пот выступает на их лицах, и кровь брызжет у них из-под ногтей.

Хан (Смеется). Это хорошо… Непокорство достойно наказании. Такова судьба побежденных… (Задумался). Послушай, Сулейман. Пусть приведут сюда царя Авдея!.. Я хочу уговорить его, чтобы он заставил свой народ принять покорность. Не стоит напрасно лить кровь и терять силы. У нас еще дела впереди много. Надо беречь наше войско. Вели привести царя!..

Визирь. Он тут у палатки с утра ждет счастья видеть тебя, государь. На сегодня я освободил его от работы, потому что еще вчера указал ты мне, великий государь, представить его пред твои светлые очи. (Хлопает в ладоши). Стража!.. Эй!.. Привести сюда пленного!.. Да живее!..

(Стрижа вводит царя Авдея, связанного по рукам и ногам).

 

II. Хан и царь Авдей.

Хан.

Здорово, царь Авдей… Печально
Пришлось нам свидеться с тобою…
Изменчива удача боевая:
Ты грозен был. Из своего удела
Грозился погубить ты наше войско,
Ты нашу грамоту не принял,
Послов моих жестоко обесчестил,
Когда пред ними басму растоптал…
Вы — русские кроты, вам только-б рыться
В земле, в грязи, не покладая рук,
Работать за сохой с утра до ночи,
А не с великим ханом воевать!..
Нет силы, мужества у вас; вы — трусы,
Галдеть — галдите вы, а толку мало,
Вы друг за друга не стоите дружно
Вы ссоритесь сосед с соседом,
В вас нет отважного и любящего сердца…
А наша рать… Великая орда!..
Что может быть ее сильнее?
Что может сокрушить ее величье?
Кто сломит нас? Что воин, то и лев.

Царь Авдей (Гневно).

Великий хан! Что делать, посылает
Господь народу часто испытанье…
Не ропщем мы на то, но Божий гнев
В смиреньи, терпеливо сносим…
Ты грозен, нам огромною ордой,
Ты покрываешь землю, словно тучей,
Как, Божий гнев, как буря, саранча
Ты губишь все, что встретишь, истребляешь,
Но ты и сам своей великой силой
Не можешь удержать, они текут, как волны
И затопляют землю под тобой…
И каждый воин у тебя,
И каждый воевода сам не знает,
Куда идет, зачем, лишь только-б по дороге
Все истреблять, все грабить, жечь, топтать.
Но мы, кроты, мы любим нашу землю,
Мы о чужом добре не умышляем,
Не отнимаем мы добра, добытого трудом
У слабого одной военной силой;
Но в каждом неказистом мужике
Таится истое, великое страданье
За все поруганное дерзкими врагами;
Но в каждом неказистом с виду
Таится ненависть в тебе, одно желанье
Твой тяжкий гнет, твое насилье
Свалить к ногам с могутных плеч.
Потешься, хан, пока, повеличайся,
Но не засиживайся долго понапрасну…
Нет большей силы той, которая родится
В обиженном народе втихомолку.
Придет пора, раскрутится она
И выкинет тебя отсюда за пределы
Родной земли и испытать заставит
Весь ужас жалкого, позорного стыда…

Хан.

Отважен же ты, царь, коль этакие речи
Дерзаешь говорить мне прямо!
А ведомо-ль тебе, что я могу
Тебя замучить медленною смертью?

Царь Авдей.

Вестимо так… Вас много, я — один…

Хан.

И ведомо-ль, что нет подобной силы,
Которая-б могла спасти тебя от гнева?..

Царь Авдей.

Конечно, государь… Мне ханский гнев известен;
Мне ведомы и гнев, и ужас казни,
Но смерти я насильной не боюсь.
Убьешь меня, — и ты увидишь,
Что я тут не при чем, что не со мною
Тебе придется биться, а с народом,
Тогда он меч наш вскинет на плечо
И вас не пощадит, пощады он не знает.
Уж ежели любить, — он любит горячо,
Уж ежели платить, — он жалость забывает!..

Хан (Гневно).

Добро!.. Ты должен умереть,
По испытать ты должен прежде много.
Ты на-ряду с ничтожнейшим рабом
Работы исполнять покорно будешь…

Царь Авдей.

Изволь, великий хан!..

Хан.

Ты должен
Перенести весь ужас униженья,
И по плечам твоим нагайка засвистит…

Царь Авдей.

Спасибо и на том… А все-ж мои слова
Ты, хан, попомни… Так оно и будет…

(Царя Авдея уводит. Хан долгое время сидит в глубокой задумчивости).

 

III.

Хан. Ишь, как расходился старый лапотник! Унять бы его одним ударом; да нет, я ему удумаю жестокую казнь…

Визирь. Что омрачнел ты, великий хан? Не время теперь голову вешать. Радоваться надо, победу торжествовать. Сила на нашей стороне. Войско наше довольно, добычи набрано нами видимо-невидимо. Не круши своего сердца. Распотешь себя как-нибудь.

Хан. И то правда. Спасибо, мой добрый и верный Сулейман. Эн!.. Привести сюда музыкантов! Пусть потешат меня, развеселят!..

Визирь. Осмелюсь доложить, всемилостивейший великий хан, солнце всего мира, что мне попались в руки двое русских странников-скоморохов. Укажи привести их потешить тебя.

Хан. Все равно, веди их сюда., пожалуй…

 

IV. Вводят Царицу-Гусляра и Девушку Чернавушку.

Хан. Гой, вы, люди добрые!.. Распотешьте меня, разгоните мою грусть-печаль, и я отпущу вас на волю. А не угодите мне, — головы с плеч долой!..

Девушка Чернавушка. Сказывала я, что попались в беду. Отсекут теперь нам головушки!.. (Плачет).

Царица-Гусляр. Молчи… (Хану, кланяясь). Великий хан, не взыщи с нас, мы люди простые. С охотой будем потешать тебя, как умеем, а по нраву ли тебе ото придется, — и то нам неведомо. Чай, навидался ты заморских диковин не мало, — мудрено тебе угодить… На нас тебе, я чай, и глазом глянуть не охота будет.

Хан (Польщенный). Красно ты говоришь, добрый молодец!.. Верно это!.. А все-же лестно мне и на ваши потехи посмотреть…

Девушка Чернавушка. А что мне петь-то?..

Царица Гусляр. Пой, что хочешь…

Девушка-Чернавушка (Поет).

Жила-была девушка,
Полотно ткала…
Верь-веровья-фента-фентарыстен-тантарары,
Полотно ткала!..

Хан (Гневно). Стой!.. Довольно!.. Я к вашему говору приобвык, а она тут что-то неладное поет! Голову ей долой!..

Девушка Чернавушка (Бух в ноги). Ханушка, чудушко-юдушко. головушка маслина!.. Пощади… Пощади… кормилец, золотая твоя голова, серебряная!.. Не убивай сироту, сахарный, не губи душу крещеную, бархатный, пожалей меня, глупую, сладенький!..

Хан. Отстань!.. Убрать ее!..

Царица-Гусляр. Полно, Чернавушка, перестань. Не тронут тебя. Слушай, великий хал!.. (Берет гусли). Я спою тебе песню, что певал я не раз, бывало, покамест странствовал я по полям, по холмам, по лесам дремучим, по болотам топучим. Довелось мне не раз слыхивать про великую силу твою, про удачливость. Вот и сложил я свою песню: и ряд я, что могу ее перед тобою спеть. Укажи только, государь, товарища моего в живых оставить.

Хан. Хорошо. Оставить его!.. (Машет рукой стриже Чернавушку оставить на свободе). Ну, пой же, добрый молодец!..

Царица-Гусляр.

По Хвалынскому морю бегут корабли
Из далекой и чуждой земли…
Хороши корабли-то, парчой убраны,
Они золотом полным-полны…
Много жемчугу, много роскошных мехов,
Златотканой парчи и ковров…
Золотая вся снасть, из парчи — паруса,
Не суда, — а живая краса…
А и много на тех кораблях-то людей
Из-за чуждых несутся морей…
Буйный ветер шумит и велик, и могуч,
Гонит горы громадные туч…
Море пенится, дышит свинцовой волной,
Брызжет по небу пеной седой…
И волна за волною растет и растет,
На судах растерялся народ!..
Расходился старик-океан, озверел;
Он котлом закипел, зашумел,
Хочет черную тучу волной захлестнуть,
Преградить хочет в небе ей путь…
Да не может, не в силах, и в гневе глухом
Налетел на суда он грехом…
Завертел, закружил их седатой волной
И грозит им жестокой бедой…
Ой, ты, старчище, лютый!.. Постой, не гуди,
Заглуши свою злобу в груди!..
Не губи кораблей, не топи ты людей,
Пожалей их во имя семей…
Натворишь лютой злобой не мало ты бед
И отдашь в этом небу ответ!..
И свершилося чудо, — волна за волной
Упадали одна за другой…
Царь, морской, успокоят, улегся на дно,
И спокойно проходит судно…
Али гневное море слабее людей,
Что досады боится своей?..
Велика у воителя сила его,
Не боится он с ней никого…
По наступит конец и удачным боям,
И отчет он отдаст небесам.
Он до этой поры в небеса на смотрел,
Он один совершить все хотел…
Станет на небо после с надеждой взирать,
Станет помощи, силы искать, —
Но тогда небосвод будет тучей закрыт,
И в ответ он ему промолчит…

Хан (Сидит, закрыв рукою лицо, в задумчивости). Хороша твоя песня, удалый молодец!.. Где, у кого такую песню перенял?

Царица-Гусляр. Великий хан, ни у кого не перенял я этой песни, а сложилась она в сердце моем. Много горя принял я на своем веку, изболелось мое сердечушко, и оно самое ту песню поет, а не я.

Хан. Проси у меня чего хочешь, добрый молодец! Ни в чем тебе от меня отказу не будет. А лучше того, переходи в нашу веру, оставайся служить мне верой-правдой, и я тебя за то пожалую. Люб ты мне стал по виду, да и молодец куда разумный… А мне такие люди нужны…

Царица-Гусляр. Видишь, хан, по небу журавли тянут? Вон там!.. Так-то и мое дело тоже… Хорошо мне будет у тебя, а все-же потянет в своим. Сам понять можешь, где свое лежит, тут и сердце наше. А на обещаньи твоем спасибо. Не надо мне ни денег, ни коней, ни платья цветного. А томятся у тебя в неволе, в кандалах братья мои, крещеные. И ты пожалуй их мне, отпусти их на волю.

Хан. Всех не могу. Выбирай любого да еще скомороха своего подручного бери с собой…

Царица-Гусляр. Так отпусти, государь, тогда мне царя Авдея… Потому мне больно жаль его.

Хан (Раздумчиво). Оскорбил меня царь Авдей. Мы жили с ним в ладу, соседями… Не уважил он меня, отказал он мне дань платить, и не сдержалось сердце мое против него.

Царица-Гусляр. Все так, государь… Да и то понять надо, какую он муку-мученскую из-за тебя принял. Сколько стыдобушки у него на. сердце лежит. Добр он к нам был всегда, и жаль нам его пуще всего!..

Хан (Задумался). Ну, ин будет по-твоему. Я своему слову не изменю: как сказал, пусть оно так и будет… Введите сюда царя Авдея да скажите ему, что отдаю я его на волю этого доброго молодца!.. Ну, прощай, мне недосуг, да и тебе время своим путем идти!..

 

V. Тюремщик, царь Авдей, стражник.

Царь Авдей. Спасибо тебе, добрый молодец, что выручил меня из беды. Скажи, кто ты таков и почто сюда пожаловал?..

Царица-Гусляр. Да пожалел я тебя, государь; дай, думаю, зайду, попытаю тебя из неволи вызволить… (Тихо). Ты не узнал меня, государь?

Царь Авдей (Долго, пристально всматривается в нее, и вдруг всплескивает руками). Царица!.. Светлана моя!.. Ты ли это?.. Господи!.. (Обнимает ее).

(Занавес).

Давайте устроим театр. Устройство театра. Наш театр и мой первый дебют. Пьесы. Приложения: образцы декораций и костюмов. Составил А. А. Федоров-Давыдов. М.: Издание редакции журналов «Светлячок», «Путеводный Огонек», «Дело и Потеха». Типография товарищества И. Д. Сытина, 1906

Добавлено: 25-03-2017

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*