В степи

Долго я еду все степью унылою.
Глушь… одиночество… снег…
Больше не радует бурною силою
Тройки лихой притупившийся бег.
Тихо звеня, колокольчик баюкает,
В шепоте слышу — «усни»,
Волк пробежал, озирается, нюхает,
Где-то вдали показались огни.
Мимо мелькнуло селенье убогое.
Глушь… одиночество… снег…
Вьюга проснулась. В лицо ее строгое
Молча гляжу, выжидая ночлег.
Пусть ее бьется, поднявшися бешено
С мягкой постели своей, —
В сердце давно все рассчитано, взвешено,
Так уж ему ли не справиться с ней.
Смерть не страшнее тоски одиночества
В жизни и в песне моей,
В ней и любовь и призванье пророчества,
Радость свободы и жажда цепей.
Долго я еду все степью унылою.
Глушь… одиночество… снег…
Чтож! Высылай с беспощадною силою
Вьюга, мне с детства знакомый набег.

Стихи. Издание второе. СПб.: Литературное Дело, раздел  IV, с. 106, 1908

Добавлено: 31-08-2016

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*