Вешки

Сказка

I.

Только выпал первый. пушистый снежок и покрыл поля, словно белым, дорогим ковром, — собрались мужики с топорами в лес, нарубили целый воз молодых, зеленых елок, заострили ствол у корня и натыкали их по обеим сторонам дороги, что бежала от их деревни до соседнего села.

Стоят вешки и диву даются.

— А что, голубушки, как вы думаете, зачем нас по дороге расставили? — спрашивает одна другую: — так нам в лесу хорошо было, и вдруг приходится совершенно напрасной смертью умирать.

Той порой летела над полем стая галок и ворон. Увидели они натыканные вдоль дороги вешки, спустились на землю, да так и покатились со смеху.

— Ха, ха, ха!.. Хо, хо, хо! Вот сестрицы, уморушка-то? Посмотрите-ка, будто солдаты, ели глупые выстроились. Да зачем же вы здесь стоите? — спрашивают они.

Вешки никакого ответа им дать не могут.

— Так и так, — говорят, — срубили нас нынче мужики и поставили вдоль дороги, а зачем — этого мы не знаем.

Покачали галки головами.

— Ах, вы, глупые, глупые, — говорят, — ничего-то вы не знаете. Так вот зря и пропадете, без всякой пользы.

— Они, сестрицы, сами из лесу в печку к мужикам в гости пошли, — пошутил кто-то.

Вся толпа еще громче расхохоталась. А той порой подлетели к ним еще воробьи, да и ну им поддакивать. А вешки стоят и не знают, куда им деться от стыда.

Но всему рано или поздно бывает конец. Наступил конец и птичьей потехе. Надоело им потешаться над вешками, поднялись они всей стаей и полетели своей дорогой.

А вешки стоят и думают: — «В самом деле, зачем нас здесь поставили? Ведь, так, без всякой пользы сгнием!»…

II.

День ото дня все лютей зима становится. Дедко-Мороз так реки разукрасил, — любо смотреть; а опустелый лес весь снегом опушился-окутался. Пошли по чистому полю лихие метели бушевать. Иной раз такая метелица разгуляется, — свету Божьего не видно. Беда в такую погоду в пути быть; так закрутит метель, так искусно след заметет, что, — будь ты семи пядей во лбу, на сказочном коне до жилья не доскачешь.

Раз в такую-то вьюгу шли из деревни на село дед Потап с внучонком своим малым. Только они за околицу вышли, все у них из глаз пропало: ни деревни, ни дороги, — ничего не видать, будто она сквозь землю провалилась.

— Куда, касатик, идти-то нам? — спрашивает дед Потап у внука.

А тот стоит, от холода, как осиновый лист, дрожит, да только по сторонам пугливо озирается. Взяли в сторону направо, — по пояс в сугроб ушли; кое-как выкарабкались из сугроба, прошли шагов десять и остановились. Кругом них снежная пыль стеной стала.

— Господи, Боже мой, куда-же идти-ть!.. Долго той ночью плутали путники: так и замерз бы дед Потап с внучонком, кабы не наткнулся мальчуган на все еще зеленую вешку. Обрадовался ребенок, словно клад нашел.

— Дедушка, — кричит, — я вешку нашел, стало быть, дорога тут вот идет!

Перекрестился старик.

— Слава Тебе, Господи! То-то спасибо добрым людям…

Хоть и поздно, а добрались путники до села по вешкам.

В другой раз охотника одного вьюга в лесу застала. Вышел он на опушку, пошел целиком к деревне: а она, рукой подать, — на бугре лежит.

Как на грех, откуда ни возьмись, о ту пору налетел ветер, взвился со снегом, закрутил его, и пошла метелица по равнине плясать. И от той бешеной пляски небо с землей точно смешалось. Стоит мой охотник, чуть не плачет. Куда идти, — Бог ведает. Часа три битых из стороны в сторону он по снегу карабкался, закоченел весь, бедняга; руки, ноги зашлись, дыханье в груди сперлось.

И погиб бы человек; да наткнулся на вешки, выбрался на дорогу; а по вешкам живо добрался до деревни, чуть в землю мужикам не кланялся, за вешки «спасибо» говоря.

Слышали вешки, как люди, сколько их мимо ни шло, ни ехало, — все радовались на них, заочно мужикам «спасибо» говорили, и весело им становилось; сознавали они, что многих от напасти избавляли, да значения этому не придавали. Малым казалось им это дело, они о более громких делах мечтали…

А галки с воробьями все еще по-прежнему насмешками донимали.

Бывало, как только уляжется метель, летят они мимо и хохочут:

— Ха, ха, ха! все стоите? Ну, стойте смирнехонько, уж теперь с вас все иглы зеленые обсыпались, и вы, как скелеты, стали, желтые, безобразные!.. Пропадете без пользы, глупые!..

Но легче сносили теперь их насмешливость вешки; они-то знали теперь, для чего их поставили, и что не зря они здесь стояли.

III.

Прошла зима. Ясно проглянуло сквозь черные тучи красное солнышко; весело засинело глубокое, светло-бирюзовое небо. Вот и весна-красавица на дворе. Вскрылись реки; потекли по полям, по долинам с громким, веселым говором тысячи ручейков.

Прилетели к нам из теплых стран грачи серьезные и всякая другая малая и большая птаха; запели птицы, засвистели, что есть мочи. По лесам, по рощам — песни, щелканье, посвисты, суматоха стоит.

Как только стаял снег, повалились вешки на землю в грязь. Пришли как-то мужики, собрали вешки по дороге и сложили на лугу в вороха.

Налетели галки, воробьи со всех сторон, расселись по ворохам, и ну, хохотать: — «Сгнил, голубушки, пора и на покой! То-то, я чай, удобно вам лежать-то?»…

Как-то вечером пригнали ребятишки табуны на луг. Ночь стояла сырая, холодная; можно было ждать мороза. Ребятишки, одетые в тулупы, в зипуны, набежали на вороха, растащили вешки, изломали их, навалили в кучу и зажгли костер. Потом ребятишки положили картошку под хворост на уголья; а как испеклась картошка, всласть ребята поужинали и вокруг костра улеглись. То-то спасибо вешкам!.. Утром встали рано, на заре и угнали лошадей на деревню.

А на месте костра осталась только куча пепла.

К вечеру, на закате солнца, снова слетелись галки со всех сторон. Что тут смеху, что шуток было между ними над глупыми вешками, и пересказать нельзя…

1895 год. «Петушки».

Зимние сумерки. Рассказы, сказки и стихотворения. М.: Издание типо-литография В. Рихтер, 1902

Добавлено: 31-07-2016

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*