Вопрос бытия

Чем дольше живешь, тем чаще, время от времени, возникает вопрос: есть-ли жизнь за гробом?

В наши дни религиозного искательства, в моменты, граничащие с аскетизмом и абсолютным безверием, — непраздно потолковать о гом, что для одних является вопросом духоборчества, для других же — мимолетной мыслью: «а что, если и в самом деле, кроме, земной жизни, есть еще будущая, за гробом?»

У каждого, когда-нибудь, да возникал вопрос: зачем дана жизнь, вернее, для чего?

И каждый по-своему решал и перерешал этот вопрос, а то просто гнал его вон из головы, продолжая жить тем девизом, что:

«Не рассуждай, не хлопочи,
Дневные раны сном лечи.
А завтра быть тому, что будет».

Но это завтра, а с ним и некоторые явления жизни заставляют спрашивать все о том же неразгаданном.

Вопрос бытия, как бы висит в воздухе, и люди ловят тот окулятор, посредством которого они имели бы возможность увидеть Бога, забывая просто, что вопрос бытия, есть тайна Вселенной, времени и пространства. Решители его пускались и пускаются в гипотезы, теории и т. д.

Так, в одной книге читаешь: Бог есть, в другой — Бога нет и, в результате, точно посидел над каким-то ребусом, наскучило, — и бросил.

Если великие изобретения, открытия, создаются зачастую случайно, то тайна Вселенной есть вопрос — вопросов, начало — начал.

Вопрос бытия нельзя решить потому, что он понимаем как нечто безграничное в минутах и веках.

Ведь это все равно, как бы поднявшись на высокую гору, крикнуть оттуда: Есть-ли Бог? Есть-ли вечность?

Эхо повторит тоже…

А другое эхо, эхо духа, когда с ним с один на один, ответит.

К нему стоит прислушаться.

———-

Несколько лет назад автору этих строк довелось слышать проповедь одного священника.

Священник говорил:

…Люди — братья! При колебаниях веры смотрите на жизнь вас окружающую.

Все ведь мы одинаковы, пока бодры, сильны, веселы, а коснись, загляни в наше земное человеческое я недуг, как мы уже не те.

И священник привел факт, как он, за несколько часов до проповеди, был у умирающего, который, будучи здоровым, не только не признавал Бога, но враждебно относился к каждому, поднимавшему вопрос о религии. Умирая же, больной стал другим.

В духовном завещании он выразил много такого, что никак не гармонировало с его мировоззрением.

Я спросил тогда его, сказал священник, зачем вы, неверующий в Бога, и жизнь вечную, делаете это?

Не все ли равно, что скажут о вашем я, чем помянут его, раз оно, по вашему убеждению, по смерти перестанет существовать?

Умирающий ответил:

 — Чувствую, как что-то заставляет меня думать, что мое я не кончится со смертью, и свою последнюю волю могу объяснить именно только этим.

Подобные случаи, т. е. полнейший контраст в действиях нашей воли при жизни, и перед смертью, не единичны, не редки, а потому такая перемена не суть-ли ответ на вопрос бытия, который решает наш телескоп души, когда приближается к Богу.

Александр Клеченов. Штрихи. Кострома: Типография А. С. Азерского, 1912

Добавлено: 20-11-2021

Оставить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*