Житейские встречи

(Из отрывочных воспоминаний А. Ф. Кони).

«Нет интереснее драм, как жизнь
человеческая, а величайший поэт
художник и драматург — сам Господь Бог!»
          (Фет в письмо к В. С. Соловьеву).

И темной и накуренной комнате, предназначенной для преподавателей и профессоров одного из учебных заведений Петрограда, в промежутке между их лекциями и уроками, мне часто приходилось встречаться с учителем немецкого языка, скромным и весьма образованным человеком лет двадцати шести. Великим постом одного из прошлых лет он, что называется, «развернулся»: стал одеваться с особой изысканностью, от него пахло тонкими духами, он был подстрижен и причесан с известным изяществом. Лицо его сняло, и на нем было написано то счастливо-загадочное выражение, которое свойственно людям, уверенным в скором и несомненном счастии.

— «Вы знаете, почему он такой?» — сказал мне один из его сослуживцев — «он — жених, страстно влюблен, и на Красную Горку его свадьба. Вероятно, мы на ней встретимся с вами».

Вскоре наступило время экзаменов, но в перерывы я уже не встречал счастливого жениха или, — судя по прошедшему времени, — счастливого супруга. И в обширном помещении учебного заведения мне ни разу не удалось с ним встретиться. Это, наконец, побудило меня спросить начальника заведения, присутствовавшего на выпускном экзамене из моего предмета, что сделалось с нашим немцем, почему его не видать и не взял ли он отпуск на весь свой медовый месяц.

— «Ах, нет!» — отвечал мне добрый старик, с грустью махнув рукой: — «какой медовый месяц! Я вам расскажу когда вы кончите экзаменовать — что он мне написал. Вы его никогда более не встретите: его уж нет в живых».

И он рассказал мне следующее:

— Наш учитель был женихом девушки из чиновничьего семейства средней руки. Человек совершенно одинокий и ведущий скромную нравственную жизнь, он отдался своему чувству со всем пылом первой и чистой любви. У него точно крылья выросли: он не мог скрыть своего счастья и охотно делился, с кем можно, своими мечтами и планами. Между теми, с кем он был так восторженно откровенен, по-видимому, нашлись люди, усомнившиеся в его будущем семейном счастье, и в том, что его невеста в действительности соответствует тем радужным краскам, которыми он рисовал ее образ. Появились предостережения, в виде анонимных писем, в которых сначала намеками, а потом и прямо указывалось, что избранница его сердца для добывания средств на наряды торгует собою. Он не верил этим письмам, с негодованием их уничтожал и объяснял их себе завистливыми махинациями какой-нибудь из ложных подруг бедной оклеветываемой девушки.

До свадьбы оставалось две недели, и жених получил новое письмо, в котором говорилось: так как все предостережения друзей и желающих ему добра остаются бесплодными, то приходится, прибегнуть к последнему средству, а именно, посоветовать ему заказать себе в известном maison de passe в Офицерской улице «Незабудку», чтобы убедиться, что он в своем увлечении и доверии идет к явному несчастью и, быть может, позору. Письмо это не поколебало его уверенности в порядочности невесты, но он решил, — не отдавая себе ясного отчета, как это сделать, — разоблачить ведомую против нее интригу.

Утром в вербную пятницу учитель отправился, согласно указанию письма, и заявил хозяйке притона, что желает вечером в тот же день иметь свидание с женщиной. Почтенная дама принесла ему альбом с фотографическими портретами большинства своих клиенток, предоставив ему выбрать по вкусу и ручаясь словом, которое она назвала «честным», что относительно своего здоровья он может быть совершенно спокоен, так как это «не какая-нибудь», а все по большей части совершенно «приличные» женщины, многие из которых не желают обременять своих мужей, получающих скромные доходы, просьбами о деньгах на туалеты, необходимые для всякой порядочной дамы.

Перелистав альбом, гость с радостью не нашел в нем подтверждения навета на любимое существо.

— «Тут есть и «Незабудка»“? — спросил он.

— «Нет, тут не все…»

На выраженное желание видеться именно с «Незабудкой» гостеприимная дама сказала, что «Незабудка» в последнее время бывает редко, но что, в виду настойчивого желания гостя, она постарается доставить ее к 9 часам вечера. На этом они и расстались.

Волнуясь от негодования на возможность приписать бедной, чистой девушке грязный промысел в этом гостеприимном притоне, жених с трудом дождался времени обеда у родителей своей будущей жены. Уютная обстановка, ее ласковость и веселость, игра в четыре руки на рояле — успокоили его, и в половине девятого он стал прощаться. Невеста его удерживала, но так как он ссылался на неотложные педагогические занятия, то она просила проводить себя до своей подруги, их общей знакомой, где нужно было примерить или переделать в тщательно заготовляемом к скорому бракосочетанию приданом. Он исполнил ее желание и расстался с нею, когда раскрылись двери квартиры подруги.

За несколько минут до девяти он был на Офицерской улице.

— «Будет»! — многозначительно сказала хозяйка, принимая условленную мзду и отводя его в красиво, хотя и без вкуса, убранную спальню. Пришлось ждать минут двадцать… И вот легкий стук в дверь.

— «Войдите»! — Она!.. Минуты трагического молчания, и ее обморок. Позвав хозяйку для подачи помощи, он взглянул в последний раз на лежавшую в забытьи, может быть, и притворном, и вышел.

В двенадцать часов вечера коридорная прислуга гостиницы «Рига» на Казанской улице, встревоженная выстрелом, раздавшимся в номере, только что занятом приезжим, пославшим перед тем куда-то письмо, нашла его застрелившимся.

Это был бедный немецкий учитель…

Под этим же заглавием в «Ниве» на 1918 г. помещены два очерка А. Ф. Кони. Настоящий очерк является их продолжением. Ред.

Вестник Литературы. Орган Общества Взаимопомощи Литераторов и Ученых. № 3. Март. Редактор-издатель А. Е. Кауфман. Птг.: Типография «Маяк», стр. 6-7, 1919

Добавлено: 10-03-2019

Оставить отзыв

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*